Годжо никогда не отличался особой внимательностью в людях. Не особо понимал, что такое любовь, что такое оценка других не только по критериям силы и слабости, что такое эмпатия; знал разве что сухую систему и тот факт, что он являлся важной и сильнейшей шестерёнкой в проклятом метафизическом механизме. Годжо и себя-то толком не знал. Кроме того, что родился сильнейшим. То, что он знал о себе на все сто процентов, - это невозможность увидеть мир своими глазами, если в нём не будет Сугуру.

Хрупкие виньетки для сильнейшего дуэта. 木漏れ日 (komorebi): солнечный свет проникает сквозь листья дерева.

Потому что для Сатору мрак в глазах Сугуру — звёздное небо.

Люди галдят, толпятся, снуют туда-сюда косяками мигрирующей рыбы, а спина Сугуру всё удаляется и в конце концов окончательно пропадает из виду. В этот момент Сатору осознаёт, что конкретно так проебался. Или история, в которой Сугуру всё равно уходит, но по-другому.

Незадолго до того, как Гето уничтожит деревню, он и Годжо переносятся на одиннадцать лет вперёд, в будущее, в котором Гето по какой-то причине отсутствует.

Сатору Годжо было суждено стать звездой с самого детства. Сугуру Гето было суждено стать никем, словно луна при свете дня, но ему это нравилось. И в прошлом, и в настоящем они были слишком разными, чтобы быть вместе, и слишком любили друг друга, чтобы навсегда расстаться. Судьба не раз сводила их, и об этом знал весь интернет. Они всегда были и будут сенсацией — так сможет ли Гето смириться с тем, что и его имя украшает первые страницы мировых СМИ?

Сатору поднимает веки, резко налившиеся горячим свинцом, и смотрит на замершую гладь воды. Смотрит на отраженные в зеленоватом цвете блики, взглядом ведет тонкие линии трещин на стене, глазами цепляется за скребущие по оконной раме корявые ветки старого дерева. И изо всех сил старается не замечать то, с какой заботой и искренней любовью прижимает к себе Сугуру двух маленьких девочек, что отчаянно льнут к нему, ища в нем защиты.

Годжо Сатору сильный. Сильнее всех. Но Годжо Сатору также невероятно слабый человек.

Годжо балагурит, щурит хитрющие глаза, вступает в словесные перепалки, подстёгивает и подначивает, но стоит только Сугуру оказаться критически близко — и вся выверенная броня из легкомыслия и бесконечного смеха рушится, оставляя только желание касаться. Гето сдержаннее, умеет держать дистанцию, ни черта не прочтёшь по угольно-чёрным глазам, никто даже не догадается, что на его теле, под водолазками, краснеют отметинами саторовские признания в чувствах.

Сатору, похоже, сильно приложился головой при падении, потому что он как-то упускает момент, когда переводит взгляд от расчерченного огненными цветами неба на лицо Гето. Он видит блестящие зрачки, в которых отражаются сотни, тысячи красочных всполохов ночного неба. В черных волосах снежинки выглядят совсем как звезды, и Годжо даже хочет неловко пошутить про то, что Сугуру весь из себя такой таинственный как ночное небо, но вдруг понимает, что не может выговорить ни слова.

— Двигаться дальше? — повторяет Сатору. — Ты что, в кого-то влюблен? *** У Сатору нет пары на День святого Валентина, но хуже всего, что она есть у Сугуру. Сатору начинает казаться, что он — самый неординарный человек, когда речь заходит о Дне всех влюбленных.

Он больше не видел проклятий, не чувствовал силы, которая переполняла его. Звания и статусы перестали иметь значение, и все, о чем он продолжал думать, это Сугуру, расслабленно сидящий рядом на пустой станции метро и ожидающий разговора, шанс на который они потеряли еще при жизни.

«Точно можно отогнать мысли о выкупе — тогда бы нацелились либо сразу лишь на Мегуми, либо на всех троих, чтобы наверняка. Один из мужиков говорил о крови — вспомнилось Мегуми. Значит, дело имеется с вампирами. И лучше бы это были Зенин или Камо… Тогда можно будет ожидать поддержку от Годжо. Но если это тот, о ком Мегуми думает… Смерть дышит им в затылок»

Что будет, если на одном маленьком острове окажутся шестьдесят тонн оружия, два элитных военных отряда, огорчённый дон мафии, безумный наркобарон, вёрткая крыса-информатор, лучший-мать-его-наёмник и пара несчастных возлюбленных? «Катастрофа», — ответите вы. «Обычный уикэнд», — возразит Сатору Годжо.

«Отстраненный богач-красавчик», - так говорили о Сатору Годжо, но Сугуру Гето видел придурка в аляповатых гавайках с узкими джинсами и совершенно идиотскими очками.

Для своего возраста Сатору слишком наивно верил в то, что ориентацию человека можно определить по трём составляющим. Первое: какого цвета коктейль он пьёт. Второе: как на него среагировал гей-радар. Третье: то, что это любовь с первого взгляда.

Одной-единственной спички достаточно, чтобы устроить пожар. Одного-единственного желания хватит, чтобы уничтожить или возвеличить мир. А одна-единственная капля крови способна пробудить жажду и страсть. || вампирское au, в котором охотники и вампиры сосуществуют вместе, опасно балансируя на грани войны и мира, а появление Годжо Сатору может спутать обеим сторонам все карты и отвести внимание от истинного зла, затаившегося во тьме.

Пока Мегуми смотрит на него вот так – Сукуне вдруг кажется, что он не всего-то в школьном матче по квиддичу вместе с ним выиграл. А победил весь долбаный мир.

Сатору ответил, что в порядке. Разве может быть иначе? И у Сугуру внезапно на тридцатиградусной жаре похолодели руки, потому что он испугался. Испугался того, как впервые не понял по другу, правду тот говорит или лжёт. Настолько они стали друг другу чужими. // Фикс-ит. Сатору переживает свою войну тем летом, и только вместе они могут друг друга вытащить.

Ты – это всегда слишком. И всегда недостаточно.