Дэниел не мог поверить в то, как они умудрились так вляпаться.

Голова Джека упала на его грудь. Мерритт слегка ухмыльнулся, толкнув неподвижную фигуру четвертого Всадника.

Хенли ушла, устав от бесконечных споров и ссор. Преданный фанат и друг переключился на своего нового учителя, нового кумира. А Дилан Родс, лидер Всадников, чуть не погиб от гордости и мании величия Дэниела Атласа. Обдумывая все эти события, Атлас загоняет себя в депрессию.

После инцидента на рынке в Макао у Дэнни возникает желание освоить пару приемов самообороны. Во всяком случае, именно это он говорит Дилану.

Дэнни не привык к чувству вины — но в этот раз сбежать от него не удавалось. И дело было не в остальных Всадниках: они до сих пор и не знали, что Дэнни из-за своего эгоизма подставил всю команду. Но — апогей странности, которая теперь считалась жизнью Дэнни — именно поэтому его мучила совесть. Унизительную тираду младшего Тресслера слышал только Дилан — и как раз перед Диланом хотелось оправдаться сильнее всего.

На ужин они все-таки сходили. И в целом все прошло на удивление гладко для первого свидания. Дэнни был на девяносто девять процентов уверен, что дело в шляпе. Для гарантии завтра стоило повторно принести кофе — теперь уже нормальный. А потом спросить прямо. Девушек, а изредка и парней Дэнни ведь приглашал в постель без всяких реверансов после первого же свидания. Что характерно — никто еще не отказывался.

Родс, он же Шрайк, смотрит на Атласа сейчас так пораженно, будто увидел настоящую магию. Дэниел абсолютно не знает, что с этим делать. В банальных мелодрамах после таких взглядов на набережной люди обычно целуются. В гей-фильмах, впрочем, тоже. Не то чтобы Атлас часто их смотрит.

Лучшие маги тысячелетия имеют в запасе много различных трюков. Но вот нормально болеть они не умеют. Совершенно.

– Реальность – не то, что ты видишь, – шепчет он, и низкий голос пробирает Атласа до мурашек. – Я глуп, – соглашается маг, и признание вины не колет обидой, как раньше, напротив – разливается по венам сладким нектаром. – Но я и подумать не мог, ты знаешь,… – Что я тоже люблю тебя? – Легко смеется Джек и очерчивает пальцами скулы, касается щеки и доверительно опускает на тонкую шею, притягивая ближе.

Им сложно друг с другом. Никто из них не привык доверять кому-то кроме себя. И никому из них не нравится терять контроль. Каждый шаг к сближению делается через силу и преодоление себя. Вот только в любви никогда и не бывает легко. Цикл драбблов о том, что в жизни высокотехнологичных магов всегда найдётся место простому волшебству любви и сближения.

Джей Дэниел Атлас словил пулю во время исполнения своей части представления в Лондоне, но остальным Всадникам пока знать об этом не стоит. Сначала необходимо довести запланированное шоу до конца, а потом уже просить о помощи, пока не стало слишком поздно.

— Ты любишь Дилана? Или это твоё хобби фотографировать его во всех возможных позах, пока тот не видит этого?

Они судорожно дышат, мокрые, уставшие, на губах шальная улыбка. Джек изучает ямочки на щеках Джея, высокие скулы и выпирающие ключицы, и не может оторвать взгляд. – Так у нас никогда не было. – Потому что ты не просил, – в хриплом голосе нотки ехидства, но в глазах тихая нежность. – Любовник, – смеется Уайлдер, и сердце его полнится ощущением безграничного счастья.

О двух профессионалах своего дела.