для Се Ляня их отношения были спокойной равнинной рекой, уверенно текущей вперед, собирая в себя ручьи и притоки, становясь увереннее и ровнее. Ну да, ну да... Или 10+ страниц целомудренной паники Его Высочества

Се Лянь в очередной раз заливается краской — из-за него вода в купальне выкипела наполовину.

— Ваше Высочество… — не так часто можно было увидеть, что Хуа Чен не в состоянии подобрать слова. — Если ты хоть немного сомневаешься, если боишься или испытываешь неприязнь — просто… скажи мне. Я всё приму. Единственное моё желание — служить тебе, своему обожаемому божеству. Единственное, к чему я стремлюсь — сделать тебя счастливым… — слова срывались с губ обрывками, а руки продолжали беспорядочно ласкать плечи возлюбленного, будто бы до всего вышесказанного им не было абсолютно никакого дела.

Се Ляню нравилось просыпаться в его объятиях, а Хуа Чэну нравилось засыпать рядом с ним. Но сегодня он вернулся поздно, позже обычного, и Се Лянь уже успел уснуть, вымотавшись после работы в деревне. Хуа Чэн укрыл его, зажёг свечу, сел рядом — и просто не смог отвести от него взгляда.

Приближается День рождения Хуа Чэна и Се Лянь мучается, не зная, что ему подарить. Кто мог подумать, что случайная встреча на рынке не только подаст ему идеи, но и поможет устроить для супруга лучший праздник, какой только можно представить.

Принц с перепоя теряет заветное кольцо с прахом Хуа Чэна. Звучит, как кошмарный бред... Но лучше бы это и впрямь было лишь кошмаром!

Проклятая канга не только ограничивала духовные силы Се Ляня, но и стирала из его памяти некоторые события. Об одном таком забытом эпизоде рассказывает этот фанф. Он произошел, когда Се Лянь во второй раз поранился в пещере десяти тысяч божественных ликов, скрытых под белой вуалью.

Это очень странно — впервые за восемьсот лет проснуться и осознать, что ты больше не влюблён. Хуа Чэн ощутил привкус новой реальности на кончике языка ещё до того, как открыл глаза. Даже воздух казался иным: спёртым, странно пахнущим. Не открывая глаз, он проверил, всё ли в порядке с его прочими чувствами и мыслями, и не нашёл никаких отклонений. За исключением одного… Впервые за восемьсот лет он подумал о Се Ляне и ничего не почувствовал.

— Сань Лан, — невыносимая ласка топила, — ты не забыл, о чём я просил? Хуа Чэн сглотнул. Он не забыл. — Гэгэ просил звать его по имени, — ответил он, пользуясь небольшой передышкой. // Хуа Чэн готов пойти на всё, чтобы сделать Его Высочеству хорошо. Даже если это не всегда легко даётся.

Во время игры в кости с Хуа Чэном Се Лянь ставит на кон не маньтоу, а себя.

Непревзойденный князь демонов, Собиратель цветов под кровавым дождем, наводящий ужас на небеса и землю, за последние шесть месяцев стал самым настоящим ласковым лисенком. А еще, если принц раньше думал о том, что Хуа Чэн заботливый, то по сравнению с тем, что происходит сейчас, он ошибался.

Се Лянь устал; он стар и слаб. Каждый раз в отсутствие Хуа Чэна он копает яму и держит её в секрете, потому что точно знает — Хуа Чэн поймёт, что это такое.

Посещая царство смертных, Се Лянь встречает двух молодых заклинателей в городке под названием Илин и помогает им сблизиться. //A Chance Encounter in YiLing//