хисын смотрел на медленно тлеющую сигарету и прокручивал в голове снова и снова осуждающий взгляд карих глаз из под длинных ресниц.

сонхун ничего не хочет: ни бросать спорт, ни новой семьи, ни совместной жизни со сводным братом. и влюбляться в него он тоже не хочет, но хисын не оставляет ему выбора.

сонхуну не нравится экономика, но слишком нравится преподаватель мистер ли хисын.

После авиакатастрофы в Инчхон, в которой погибли родители парней, Хисыну пришлось взять попечительство над своим несовершеннолетним братом Сону; на него легло все: ответственность, психическое здоровье младшего и проблемы. А Сонхун и Рики, появившиеся в их жизни, освещают путь к будущему.

каждый недотрога хочет, чтобы до него дотронулись

цветы не должны были быть такими болезненными. цветы также не должны были расти внутри кого-то. любовь сонхуна приняла очень неожиданный оборот, и он задыхался. хисын ничего не знал об этом, но его сердце все еще было разбито.

Сонхун согласился нарисовать портрет своего друга для Юны. Так он чувствовал, что станет к ней немного ближе. Однако, в процессе того, как рисовался портрет, Сонхун начал понимать, что ближе он становится далеко не к ней.

Беты вам не омеги.

Они немного поспорят и вообще, Сонхун совсем не приходил слушать то, с какой нежной и теплой интонацией Ли читает детям «Красную шапочку» и Пак совсем не мечтает, чтобы он почитал ему так же. Ведь художник совсем безграмотный, читать сам не умеет. Просит иногда Хисына читать ему и вовсе не из-за бархатного голоса, от которого в груди тепло и сердце бьется быстрее, словно заведенный заново механизм, а просто ему правда интересны все философские высказывания какого-то там Имануила Канта или Ницше.

Ничего особенного, просто Хисын успокаивает уставшего Сонхуна

Договариваясь о ночёвке, Сонхун не думал, что придя в квартиру старшего, увидит его в коротких шортах и чулках. Он также не думал о том, что Хисын закинет свои прекрасные ноги на его бёдра, пока они будут смотреть скучнейшие телепередачи.

Парень чувствует как его щеки горят от смущения. А ещё он чувствует пронзительный взгляд Ли на себе, отчего провалиться сквозь землю хочется ещё больше.

Узнав, что время Сонхуну отмерено, Хисын должен был пресечь дальнейшие встречи, не привязываться. Их знакомство вообще было случайностью... Ошибкой. Но Хисын, изголодавшийся по теплу, очарованный бледнолицим юношей, каждой его родинкой, синевой исколотых вен на его руках, не устоял. И судьба сыграла с ним злейшую шутку.

По венам шла одна влюблённость, заменившая кислород.

– Помнишь, ты мне сказал, что я сам должен догадаться, как удивить тебя? – К чему ты ведёшь? – Сонхуну казалось, что он покраснел. Его уверенность моментально пропадала, когда Хисын был так близко. – К тому, что я хочу поцеловать тебя.

— Может сфоткаешь меня прямо в этом ошейнике, а я скину Давону фоточку? Пусть подрочит. — Ни за что на свете.

две души стремились стать одним целым, как звёзды в небе за ночным пределом.