Кэйа стоит перед зеркалом в ванной и смотрит, очень долго смотрит в него и не видит ничего кроме изуродованного тела. Свет исходит лишь от пары свечей, хотя он и без них может провести руками по телу, по каждому шраму на себе и почувствовать отвращение, комом, поступающий к горлу. Его тело, душа, личность весь он изуродован, изломан до такой степени, что становится мерзко от себя, тошно, противно до дрожи в коленях, и локтями приходится опереться о раковину с кровавыми разводами в ней.

Конечно, идеально начавшийся день секретаря академии Сумеру должно что-то испортить. И это явно не Кавех, просидевший всю ночь над чертежами на из кухне, потому что всего этого бы не было, если люди бы не требовали невозможного от светоча Кшахревара.

Кэйа ненавидит себя, но он нашёл особые способы заглушить боль и ненависть.

Он плакал… Я не знаю из-за чего, но он плакал.

Очередной не принятый проект отмечался бутылкой вина. Очередное отрицание чувств тоже.

Когда погода не знает слова „стоп“, а дела стоят столбом, нужно брать все в свои руки, и идти напролом любым преградам.

Лололошка вернулся к друзьям, по которым он очень сильно скучал. Его друзья тоже скучали по нему, но больше всех скучал, судя по всему, Джон Деви Харрис.

Дисморфофобия — это искаженное восприятие собственного тела, при котором человек чрезмерно беспокоится о незначительных недостатках своей внешности. Авантюрин думал, что это красивое слово никак к нему не относится. Ведь красоты в самом Авантюрине просто не было — на ее месте была лишь грязь. (или: Авантюрин ненавидит свое тело, а Веритас очень-очень его любит)

Голубоглазый оборачивается и смотрит на них пустым взглядом, больше не скрывая своих эмоций. Он словно потух за пару секунд, а весь скопившийся гнев парировал внутри, готовый вот-вот вырваться на свободу. – Я устал, – по слогам говорит он, отбрасывая меч на рыхлую землю.

— Лололошка? — тот устало поднимает рассеянный взгляд, чуть сжав почти пустой стакан в руке. Кейт сжимает переносицу, выдыхает и окликает других. — Он здесь! — Лололошка морщится от резкого шума в голове, что отдаётся гудящей болью, невольно вызвав стон у него. — И стоило этому всему закончится, — недовольное бормотание звучит из уст Кейт неприятно и раздражающие. *** Лололошка горюет об совершенном убийстве и хочет напиться в полном одиночестве. Ему не дают и не дозволяют сделать этого.

Что же может заменить тёплые объятия человека, которых нету вообще, как не кипяток, огонь и одеяло с подушками? Делая так долго, вовсе не чувствуя сил, эмоций, он вновь включает воду и встаёт под душ, обжигая всё тело полностью..

Хочется порой, забившись в угол, уткнуться носом в колени, обхватить себя руками и рыдать навзрыд? Лололошке вот тоже захотелось.

Как давно эта привычка Лололошка не знал или точнее не помнил. Но он точно знал что никто ещё ни разу не замечал её. Нож в руке всегда помогает выплеснуть всë что не мог показать окружающим. Они бы не поняли. Иногда не всë идёт как всегда. И кто бы мог подумать что его сосед по комнате может этому поспособствовать?

— Lololowka, есть куда более полезные способы отвлечься и расслабиться. Например: медитация, рисование, прогулка с друзьями, купание в реке, чтение, сон. Хочешь, я прочитаю тебе сказку на ночь? А ты оставишь этот нож и больше не будешь творить глупостей. Договорились? — механический голос с мольбой пытается отговорить.

- Я так устал, но имею ли право на отдых.. - подумал Лололошка. - будучи живым? Что, если мне нужно умереть..? Что, если я сам себя убью?.. Сможет ли его кто-нибудь спасти от этого?.. Читайте чтобы узнать:'3

– Я так скучал... Наконец-то ты дома, Дилан..

— Ло, ты что, плачешь?

Завтра на работу к восьми, а сейчас уже за пол четвёртого утра, ложиться спать в целом имеет мало смысла. Надо заняться чем-нибудь и смириться с необходимостью завтрашней борьбы. Очередной борьбы.

Это был очередной день, с обычными поручениями на подобии зачистки лагеря хиличурлов, поиска потерянных кошек и тп. Но почему-то именно сегодня, прийдя расслабиться в таверну, алкоголь дал в голову сильнее чем обычно.