Юнги чувствует это. Чувствует, как вздрагивает король от каждого прикосновения, будто от удара ножа. Чувствует, сколько в нем нерешительности и страха, что его снова оттолкнут, что назовут чудовищем. Хосоку защита нужна не меньше, чем самому Юнги.

Это невозможно описать словами или текстом из песни. Даже собери Юнги все мемуары мира и положи их к ногам Хосока — этого будет недостаточно. Юнги к ногам Хосока положил всего себя. И даже этого ему кажется мало, невероятно мало. Чон заслуживает всего мира. Если бы Юнги предложили отдать последний вздох Хосоку — он бы отдал, не задумываясь.

Говорят, что во сне наши души покидают тело и могут встретиться с другими. Юнги свято верит, что на планете есть такой человек. К которому не обязательно сбегать из реального мира. Человек, который и сам способен стать для Юнги реальным миром.

«Я горжусь тобой», — гласит на доске красноречивая надпись. «И всегда буду гордиться», — повествует записка на пороге двери.

Юнги слишком не уверен в себе, когда дело касается популярного альфы их универа, а Ким Тэхён, как говорят, слишком напорист: недаром слухи ведь ходят, что он взял Чон Чонгука почти что измором. Вот прям подошёл к одному из главных плохих парней их потока и заявил: «Спорим, ты по итогу отцом моих детей будешь?», а Чон Чонгук охуел ровно настолько, что спизданул: «Даже спорить не буду». Юнги нужен учитель. Тэхёну на втором триместре беременности — свободные уши. Этот союз был очевиден.

«Я (м, 22) влюблен в своего соседа (м, 21). Я не могу понять, действительно ли я ему тоже нравлюсь, или он просто дружелюбен ко мне.» Юнги перечитывает, надувая губы. «Помогите,» — добавляет он. Или, подобие реддит ау, в котором Юнги влюблен в Хосока и не может понять, нравится ли он ему.

- Юрист, да? Ты думаешь, ты сможешь произвести впечатление на юриста? Хосок хмурится: - Что, черт возьми, ты хочешь этим сказать? - Я думал, юристам нравятся умные люди, а ты тупица. [История, в которой Хосоку нужно, чтобы кто-то пошел с ним на рождественскую вечеринку, и у него есть очень надоедливый сосед по квартире, с которым он, похоже, не может поладить. Типичный рождественский ромком, потому что зачем добавлять что-то к тропу, который и так хорош?]

— На кого же я похож тогда, Юнги? Мин кидает взгляд на мужчину, встречается с его меланхоличным и чуточку надменным взором, так хорошо вписывающимся в образ мужчины, который может себе позволить флиртовать со всеми подряд, красть сердца сотрудников всяких кофеен, при этом имея прекрасную даму рядом с собой. «На бессовестного сердцееда», — не озвучивает Юнги, лишь хмыкает, показывая, что у него нет достойного ответа на его вопрос.

— Как назовешь его? — на щенка кивает Хосок. — Скуби Ду, — уголки аккуратных губ приподнимает в улыбке Юнги. — А ты тогда кто? Шэгги? — не сдерживаемо хохочет Чон. — Шуга. — Потому что сладкий? — Потому что бледный, как твоя смерть будущая, если подкатывать ко мне шары не перестанешь.

Из букета выпадает записка, Юнги хватает её с надеждой что там будет написано от кого он, но… «Станешь моей парой?» Всё что он видит.

— Ты Гринч что ли какой-то? Типа рождество похищаешь? — отсмеявшись, задает ироничный вопрос Юнги. — А ты догадливый. И, как видишь, соответствующее настроение уже у тебя появляется. Я эльф, Снегурочка. Ну так как? Спорим? А в награду ты и сам прекрасно понял, что я у тебя заберу.

— Но ты не должен! — из-за повышенной эмоциональности он впервые повышает голос в стенах этого дома. — Мой альфа не должен их принимать, — рычит он низким голосом. — Твой истинный, но не твой альфа, — Хосок качает головой. Чон пытается схватить его за запястье, но Мин выдёргивает руку и смотрит на него побитой собакой. — Не твой омега устал и плохо себя чувствует, — говорит он, на удивление, тихо.

— А тебе нужна помощь с котенком? — Нет, ему не нужна помощь. Но, кажется, она нужна мне.

Получать посылки Хосоку не свойственно. Не имеет тех самых друзей, что напишут ему парочку строчек и приклеют эстетичную наклейку в углу, отправят письмо и заставят получателя ощущать себя хоть кому-то нужным. Получать не свойственно, но вот сейчас в его в комнате стоит посылка с перепутанным адресом, владелец которой наверняка волнуется. Не свойственно, но сейчас он пишет письмо с извинениями за задержку. А затем получит ответ.

 — Снимай джинсы, — торопливо шепчет Юнги, поворачиваясь к парню.  — Что? — у Хосока вместо голоса ультразвук какой-то выходит.  — Снимай, нахуй, джинсы и раздвигай ноги. Пусть лучше копы подумают, что у нас секс, чем поймут, что мы принимали дурь, — и, прежде чем Чон успевает сообразить, Мин тянет его джинсы вниз.

История о том, как желание выпить стакан свежевыжатого сока способно привести к самым неожиданным последствиям, а большие проблемы - к довольно приятным знакомствам. // sope au, в которой Хосок готов придумать что угодно, лишь бы отделаться от навязчивой поклонницы, а Юнги просто проходил мимо.

Юнги не делал вид, что его желание найти соулмейта меньше, чем на самом деле. Он просто не волновался об этом, как остальные. И всё же в последнее время ему хотелось встретить своего единственного, чтобы хорошенько ему врезать. Особенно после того, что тот устроил. Но Юнги не знал, удастся ли ему. И от этого становилось как-то тоскливо. // soulmate!au, в котором метка отображает дату того дня, когда соулмейты должны встретиться.

Когда Юнги падал - Хосок уже ловил его с земли.

— Ох! Кажется, меня спасло чудо! — парень глубоко дышит, все еще сидит на холодном тротуаре. — Чудо? Тебя спас я, — мрачно замечает незнакомец, прячет холодные пальцы в карманы куртки. — Одно и то же, — улыбается, протягивая руку, — я — Хосок! Очень приятно, Чудо! (Убегающий от жестокой реальности Юнги случайно спасает витающего в облаках Хосока - вот так чудо и случается)

"Хорошо быть одиночкой писателем, жить у моря и наслаждаться любимым делом" - Так думал Юнги до момента пока в двери маленького домика у моря, олицетворяющий его сердце и душу, не постучался ярый путешественник Чон Хосок