Энджел и Хаск проводят день святого Валентина вместе, деля признания любви в лучах рассветного солнца.

— Это настолько отвратительное и грязное чувство, что ты мог бы испытать что-то приблизительно похожее, лишь запихнув себе свой посох в задницу! Рот Аластора растягивается в безобразной улыбке, когда он переворачивается, чтобы встать. Люцифер смотрит, не мигая, пока демон тащится в сторону одного из обломков с белым микрофоном. Аластор не верит, что делает это. Он заслужит силу такими страданиями, которых не видела ни одна душа в этом мире. Даже самая вечная и великая.

О планах Аластора разузнать нужно, эта необходимость тянется за Люцифером паутиной тревоги, пока падший старается сбежать от неё. Что с ними будет, когда придёт время вскрывать карты, и как сильно они наврут друг другу в этот момент?

Аластор, поверженный после битвы, мечется по разрушенной вышке вещания. Он не надеется, что ангел, пусть и падший, принесёт на концах своих белоснежных перьев желанное искупление.

Оба принимают выпады, острые клыки и ножи в спину как должное, потому что в этом они до невозможности похожи. Вокс мечет взглядом молнии и бесконечно винит во всём Валентино. Валентино подвязывает к чужим рукам всё больше ниточек, пользуясь Воксом, когда хочет побыть кукловодом.

Ещё вчера жизнь казалась не такой унылой и безнадёжной, но одна ошибка может перевернуть всё вверх дном. Энтони продолжает искать выход в бутылке и неутихающем веселье, всегда готовый быть отвергнутым, пока его не вытягивают из этого омута, крепко сжимая ладонь и переплетая пальцы.

Аластор появляется на радарах спустя семь лет отсутствия, возвращая в жизнь Вокса ту непредсказуемость, от которой тонко выработанные внутри программы безвозвратно сбоят.