Сынмин полностью забыл своего бывшего - Чанбина. По крайней мере, ему нужно было выглядеть так. Или же Сынмин напишет Чанбину смс и притворится, что встречается с Минхо, чтобы все исправить.

Сынмин был голоден и нашёл в самом нижнем шкафчике странный шоколад. Но, кто же знал, что он возбуждает-то?

В жопе недавно подаренный вибратор, а перед ним препод по историй. Несмотря на это, у него страх кончить раньше положенного больше, чем позорно спалиться.

Сынмин отключает воду, вскоре жалеет, когда начинает дрожать, но не включает обратно, потому что Минхо мог бы заметить это и начать издеваться. - Хён, можешь подать мне полотенце? - просит Сынмин.

— Хочешь попробовать? Голос будто стал ниже на пару тонов. Шатен откусил небольшой кусочек, медленно перекатывая его во рту до тех пор, пока от него не осталось лишь сладкое послевкусие. Спустя секунду Сынмин, смотря прямо в глаза парня напротив, провел мороженым по приоткрытым губам, размазывая сладость по нежной коже. — Ну так попробуй…

— Спорим, если я отсосу тебе здесь прямо сейчас, никто и не заметит даже? — С ума не сходи. Сиди и слушай лекцию.

Лифт. Вечер. Минхо впервые решается пригласить младшего к себе, однако у Сынмина далеко другие планы.

До чего докатился Ким Сынмин? Его собственный четырехлетний сын пытается наладить его личную жизнь...

Сынмину требуется невообразимо много времени, чтобы понять, что бёдра Минхо чувствительны к прикосновениям.

а ведь Сынмину даже не нужно прикладывать усилия, чтобы заставить Минхо ревновать. ему нужно просто зайти на кухню в одежде каждого парня, кроме одежды самого Минхо, чтобы заставить его чувствовать себя так, словно именно он промокший несчастный щенок, а не Сынмин.

au! skz family: Сынмин так сильно любит Минхо, что просто иметь ее в своей жизни ему достаточно для счастья. Но, безусловно, куда приятнее, когда именно Минхо имеет его.

Сынмин нервничает. У него немного трясутся руки, а в голове бьется лишь одна мысль: «Я не могу кончить в прямом эфире перед аудиторией в семьсот тысяч человек».

– Сынмин, ты принимаешь подавляющие препараты? – Сынмин начинает плакать. Он жалобно кивает. Минхо подбирает слова, но не находит их. Сынмин никак не мог скрывать что-то настолько серьезное и долгое. Минхо был первым другом Сынмина в JYPE. Они стали друзьями. Он любит Сынмина. Он никак не мог упустить что-то подобное за столько лет. – Почему, Сынмин? – Наступила тишина, нарушаемая лишь криками Сынмина, прежде чем Сынмин ответил, и его голос стал тише, чем когда-либо слышал Минхо.

Вчерашняя ночь была настолько непредсказуема и хороша, что в неё верилось с трудом. Этот виляющий прекрасный зад его Чана, мускулы, ходившие под натянутой кожей, вздувшиеся вены и оголтелый горящий взгляд, будто лидер добрался до запретного лакомства и сошёл с ума от вседозволенности.

Он просто в шутку когда-то предложил руку и сердце перед выступлением, а влюблённому Сынмину теперь из-за этого страдать...

Ким Сынмин не любит качаться, но любит качков.

— Давай, — голос Минхо заставляет его остановиться, и, обернувшись, он обнаруживает, что тот наблюдает за ним с раздражающе довольной улыбкой. — Давай же, Сынмин-и. — Я, блять, это сделаю! — Хорошо, — Минхо скрещивает руки на груди, переводя взгляд на ногу Сынмина, что зависла в воздухе, а затем снова поднимает глаза. — Ты можешь сделать это и получить наказание в десять раз хуже, когда приползешь обратно. Или ты можешь вести себя хорошо и лечь.блять.на.кровать.

— Ты слышал меня? — это очень умный вопрос, который Сынмин решает задать, когда его моторика вновь начинает работать. — М-м-м, — кивает Минхо. — В душе и на кровати. Из тебя вырывались такие милые звуки. Так старался молчать, знаю, что старался. Но ты ничего не мог с этим поделать, не так ли? Или ты хотел, чтобы я тебя услышал? Это так? Ты хотел, чтобы я тебя застукал? — Н-нет… Я… Это не то, что… — Да ладно, щеночек. Я знаю, что ты хотел быть услышанным. Вот почему ты спросил, верно?

Минхо, который редко позволяет себе прикосновения, внезапно не может удержаться от того, чтобы протянуть руку и приподнять голову Сынмина за подбородок. — Что это? — слова срываются с языка, а глаза изучают каждый маленький синячок на чужой шее. Старшему не удается сохранить на лице маску полной незаинтересованности. (Сынмин возвращается в общежитие с несколькими засосами.)

Ким Сынмин обречённой тенью просачивается в переговорную следом за начальником, и за ними грохает дверь будто падает со звоном лезвие гильотины. Ли Минхо сегодня ещё страшнее, чем обычно. – Отчёт с презентацией читай! Вылижешь мне сейчас каждый слайд отдельно!