Один раз не пидорас, а второй – как первый раз. Третий уже не оправдаешь. Или длинная история о том, как один донсэн заябывал своего хёна.

И либо Чонгук любит класть телефон себе на коленки, либо у него стоит. И вот что-то подсказывает Хосоку, что дело вовсе не в телефоне.

Теоретически, киборгам не подвластны человеческие чувства. Чонгук проверяет на практике.

Так идут к звездам.

Хосок, что до этого приветливо улыбался, понемногу мрачнеет от понимания своей ошибки, он переводит взгляд на красивого парня, которого только что ударил в плечо и тот с издёвкой хмыкает. — принц Чон Чонгук, приятно познакомиться.

хосок – омега, помешанный на блёстках и сиянии (да, сученька), а чонгук – альфа с двумя агрессивными доберманами, которые, к его удивлению, не облаяли с ног до головы мальчишку, по ошибке севшего в его машину. (кто же виноват, что машина отца хосока и машина чонгука фактически одинаковые) пысы. на номера смотреть, конечно, холопское дело.

У Хосока пальцы сухие, шершавые от мела и воды. Чонгук тянет их себе в рот.

Хосок любит по утрам читать в общей кухне, а Чонгук бесится с его обтягивающих шорт, накрываемый паранойей, что все на него пялятся.

У Чонгука краш по Хосоку. Но Хосок любит милых парней вроде Чимина, а Чонгук нифига не милый и ему от этого больно.

Что же делать, если в душе и внешне ты настоящий альфа, а природа решила все за тебя и дала тебе сущность беты? Вот и Хосок не знает, только и сдаваться он не собирается.

Чон Чонгук уже давно не ребёнок, но до сих пор не познал все прелести половой жизни. Ему страшно, стыдно, неловко... И кто же ему поможет, если не любимый хён...

Чон Чонгук сталкивается со своим бывшим в клубе и в панике затягивает Хосока, таинственного незнакомца, в кучку притворства его бойфрендом. -или- буквально все фейковые свидания должны проходить именно так >:(

— Если я сяду на твой член, а ты так и не поймешь, чего я хочу, то у меня просто опустятся руки. Мы не друзья, когда же ты уже это поймешь?

‘Красив, пиздат, пассив’, – ёмкое описание Хосока, которое умещалось в голове Чонгука уже вот несколько лет, хотя вслух он это озвучивал только при Чимине, когда они вдвоём раскуривали косяк, сидя за кухонным столом, а Хосок в это время уплетал какие-то крекеры трёхнедельной давности и танцевал с Намджуном, хихикая, когда тот лез туда, куда не положено.

В мире, где каждый человек живёт столетиями до момента встречи со своим соулмейтом, Чон Чонгуку тотально не повезло — он нашёл Хосока на двадцать первом году жизни.

Чонгуку двадцать шесть и он альфа, владеющий стрип-баром в сердце Сеула, разливающимся в ночи яркими блёстками. А Хосок омега без запаха.

— Никому это не нравится, — выдыхает Чонгук со смехом. — Никому из тех, кого я спрашивал, — кивает Хосок. Чонгук на секунду встречается с ним взглядом и у него перехватывает дыхание так, будто он собирается что-то сказать. Он бросает взгляд в сторону, потом опять на Хосока, закрывает рот и сглатывает. Несколько мгновений они молчат, а потом… — Тебе… тоже это нравится? — тихо интересуется Чонгук. — Согревание члена? — как можно небрежнее уточняет Хосок.

О Боже, лучше быть просто не может. Если бы вчера кто-нибудь ему сказал, что он, лёжа голым под чужой кроватью, будет обсуждать степень милости задниц с [блядским Чон Чонгуком] после лютого бухого траха, он бы предпочёл пойти не на вечеринку, а в церковь. (AU!день_сурка, где каждый раз день Хосока, к его сожалению, начинается в постели Чонгука)

— Похоже, Хоби-хёну нравятся мальчики.

История о том, как Намджун с большим трудом отправляет Хосока в отпуск и находит ему гида. Или о том, как Хосок вспоминает, что на Намджуна нельзя надеяться, когда его гидом оказывается парень из тайского эскорта.