…и всё же, он теперь был намертво повязан с этим лесом, находился под покровительством его Хозяина. Взаимовыгодное сотрудничество: Хозяин сделает почти что угодно – стоит Антону только попросить, но и Антон не может ослушаться его приказов.

Я тихо выругался. Пришлось открыть глаза и, вернув ногу на тропу, отряхнуть штанину. Перчатки я, конечно же, оставил дома — снег, попав на обнажённые пальцы тут же превратился в ледяную воду. Щёки обожгло холодом вслед за руками, и я только теперь понял, как же холодно на улице. Я огляделся по сторонам и снова почувствовал нелепый детский страх — вдруг показалось, что темнота смотрит на меня. С интересом так смотрит, изучает, оценивает.

Внутренний Волк сразу заприметил этого омегу. Пугливый, как зайчишка, но такой храбрый, что аж скулы сводило, как хотелось вонзиться клыками в шею и загрызть. Зайчонок уже принадлежал ему, альфа это знал и чувствовал. Лес шептал ему: "Пойди и забери". Пожалуй, Рома так и сделает. Антон Петров - его новый одноклассник и будущая пара, Пятифан поклянется в этом на крови. Только сначала нужно перебороть свое стеснение.

Нет, Тоша отчасти мог их понять. Сегодня ночь выбора, у всех гормоны скачут как Неаполитанский жеребец. Но это же не значит, что надо посреди стаи бордель устраивать.

"Я сейчас потеряю сознание... - чуть панически мелькнуло у него в голове вслед за резким выдохом, - Зато красиво, - стабилизируя дыхание, Дмитрий, как бы уговаривая собственный организм, что нет, не задохнётся, продолжал, - и Миша, быть может, обратит своё внимание не только на мой ум, но и на... внешность." Корсет. На. Сеченове. Или как Дмитрий Сергеевич пытался "перетянуть" (простите за каламбур ;)) внимание своего заместителя с роботов на себя...

"Many times the wrong train took me to the right place."

"Сердце разобьется, но разбитым будет жить"

Беременный омега в доме - дело непростое. А если у тебя их целых двое?

За живой игрушкой нужен уход. Но работники, обеспечивающие это, все чаще увольняются, даже повышение заработной платы не влияет на их решение. Малкольму нужны деньги, он с радостью принимается за новую работу. Но на этот раз работодатели не намерены отпускать "игрушку" для своего создания. Малкольму надо было хорошенько читать контракт.

В любви ещё одна задача сложная: Найдёшь – а вдруг она ложная, ложная? Найдёшь обманную, но в суматохе дней Нелегко, нелегко разобраться в ней… // Но где-то есть моя любовь сердечная, Неповторимая, вечная, вечная…

— не звони им… вот так. а теперь позволь мне войти. — войти? куда же это? — куда впустишь.

"– Хочешь увидеть больше? Могу показать, если впустишь." Взаимный интерес человека и двойника. Оригинала и фальшивки. Союз охотника и жертвы, превратившийся в долгое, внимательное изучение друг друга.

Этот двойник слишком красив, по сравнению с остальными... Мне бы хотелось с ним пообщаться.

Случайная ошибка, молочный чай и до ужаса милый Фрэнсис

Я бывший работник D.D.D. и это моя история

А если бы двойники тоже читали фанфики?

Задумывались ли вы, почему в детских мультфильмах главные герои обычно являются детьми? Всё очень просто: так легче оправдать чудеса и волшебства, с которыми сталкивается герой. Только после взросления медленно и безболезненно уходит этот мир грёз от людей, но что же тогда делать с тем, кто до сих пор верит в бескорыстную доброту и незыблемую человечность? Ответ, на самом деле, тоже прост: представить ему настоящий мир.

Фрэнсис Моссес был именно тем, ради кого девушка вставала по утрам (а не ради работы, еды или курева, как можно было подумать). Он был одним из тех, кто не ругался с ней в самом начале работы, а терпеливо ждал, когда она сверит все бумаги дрожащими руками, а потом нервно позвонит к нему домой, чтобы услышать долгие гудки, ведь хозяин квартиры стоял прямо перед ней. Венди считала, что он был еще одним подарком отца – пусть и ненамеренным, но от этого не менее ценным.

Хоть он и был в оковах, в лаборатории глубоко под землёй, я всё равно не считал его такой же тварью, как остальных. Двойник, созданный ошибкой, скованный в пределах стерильных стен. Я должен был лишь наблюдать, изучать, ждать, когда он сломается. Но чем дольше я смотрел на него, тем слабее становилась грань между чудовищем и человеком.

«А тебя нелегко обмануть. От этого мне ещё больше хочется сожрать тебя», — такую фразу когда-то сказал ему один из особо враждебно настроеных двойников, когда новенький вахтёр вскрыл его обман и отказался пропускать в резиденцию. Возможно, именно это и привлекало созданий вроде этого? Никаких лёгких путей, только хардкор?