Чхве Хан захвачен в плен Белой Звездой, подозревая, что по всему континенту погибают его товарищи. Тогда же внезапно оказывается, что все это время они сражались против ферзя, не зная о существовании короля, определяющего исход игры.

Что, если вас заставят играть в игру, где нельзя лгать? -Конечно, это не страшного, если вы не лжёте... Но что если даже ваше имя-ложь? (Или история, где Кейл и его команда проходят испытание запечатанного бога, играя в игру ,,правда или действие" только без действия, и на смерть...)

Будучи писательницей, Хан Суюн внимательна от природы. Вот только в этом случае даже невнимательный ребенок что-то заподозрит.

Ю Джинхъюк хорошо катается на коньках. Ким Докча - нет.

...Но апогеем ситуации стал момент, когда на очередную колкую шутку об уродстве Ким Докча вымученно улыбнулся, а в глазах мелькнули слёзы. Их не заметил никто, кроме регрессора, что было, наверное, хорошо. В тот же день он случайно наткнулся на читателя, сидящего на обломке какого-то здания, уложив подбородок на колени и тихо плача.

Хлопнула дверь. Ким Докча встрепенулся. Кажется, Ю ушёл в туалет. Мужчина хитро улыбнулся и на цыпочках подбежал к шкафу, доставая чёрное пальто Джонхъюка, как всегда надевая его и опять пытаясь выглядеть как Ю. Он крутился перед зеркалом, корча серьёзные рожи, и весело хихикал.

Он попытался оглядеться, но не знал, поворачивает ли он голову, потому что пейзаж был одинаковым. Пока его взгляд не зацепился за яркое пятно. Мальчик, наверное, моргнул, потому что на секунду всё снова окрасилось в чёрный, а потом перед ним появился мужчина. Он был худым и очень бледным. Резко очерченные скулы, тонкие брови, правильный нос. Чёрные прямые волосы, а чёлка прикрывала глаза. Одет мужчина был в чёрную рубашку, и того же цвета брюки. А на плечи было накинуто белое пальто, именно оно.

Ему снится прошлое. Дурной вкус - Пластинки.

Следующее, что он помнит — это море любопытных глаз, остановившихся на нем. Челюсти напряжены, а пальцы бессознательно сжаты в кулак. Учитель несколько нервно смотрит на ученика, который вдруг встал во время урока, и говорит со всей наглостью в мире — Все в порядке?   По сигналу Ким Докча вываливается из ванной с разбитой губой. Их взгляды встречаются на долю секунды, и Ю Джунхёк чувствует, как его желудок сжимается, когда он медленно качает головой. Глупый, идиотский Ким Докча.

Попав в 1863 регрессию, Докча просто не мог пройти мимо Ю Джунхъюка и не попытаться помочь ему.

Война окончена, Белая Звезда (Редиска) мертва навсегда, а Бог Отчаяния был вновь запечатан, но всегда столь неуловимая Жизнь Бездельника Кейла все ещё вне досягаемости из-за надвигающейся угрозы Охотников. Бог Смерти, зная, что он, по крайней мере, частично ответственен за хаос, который до сих пор был в жизни Кейла, решает преподнести ему подарок (помимо тех, которые он уже изначально планировал подарить ему), дар истины. Не для Кейла, а для тех, кто ему дорог.

Чхве Хан проснулся рядом с человеком, которого когда-то избил до полусмерти./Чхве Хан из «Рождения Героя» переселился в мир, похожий на его собственный, с той лишь разницей, что они победили Белую Звезду, а Кейл Хенитьюз стал величайшим героем континента.

Он сделал шаг вперед, стараясь убедить себя в том, что всë в порядке, и посмотрел на Хенитьюза, оставляя Чхве Хана в поле зрения. Было по-прежнему страшно. Растрепанные волосы Кейла были разбросаны по подушке огненными языками, а одна прядь неэстетично прикрывала лицо. Рука Альберу сама потянулась к ней, чтобы убрать, но зависла, когда он наткнулся на открытые глаза. - Молчи. - одними губами сказал Кейл, глазами указав на Чхве Хана, и закрыл их, продолжая неподвижно лежать.

Ко-о-тики! Что они могут скрывать?

Альберу молчал, пока ребёнок, подозрительно похожий на его главнокомандующего, пилил его взглядом по ту сторону устройства связи.

Кэйла похитили с поместья Хэнитьюз, пока большей части группы не было рядом. Эрухабен зол. И на несчастного ублюдка, который это допустил, и на тех смертников, что покусились на человека, оберегаемого древним драконом.

Кейл проклят и смиряется с этим. Хан же просто пытается узнать правду. А ещё он очень, очень ответственный.

Сидя в уютном кресле-качалке и наблюдая за мирно играющими детьми, Кейл морально готовился к моменту, когда у семьи окончательно закончится терпение. Судя по долгим красноречивым взглядам Рона, наслаждаться бездельной жизнью ему осталось недолго. Если бы он знал, что рассказ о прошлой жизни повлечёт за собой допросы, то объяснил бы присутствие Суй Кхана как-то по-другому.

Кейл очень боится своей семьи до ментальной дрожи в психике.

Фредо просит Кейла назвать его папочкой, эту сцену застает настоящий отец Кейла - герцог Дерут...