В море полно сук, но Харгроув явно не намерен делиться.

Отец Билли устраивает его на работу в магазин винила напротив «Фэмали Видео». Стив отчаянно не хочет спасать агрессивных мудаков с избегающим типом привязанности, но каждому чудовищу нужна своя ебучая Белль.

Томми говорит: «Видел Короля Стива? Боже, тебе понравится». Билли не нравится.

После похорон брата Макс приносит в прокат его старые кассеты, среди которых Стив находит заслушанный до дыр музыкальный сборник. Когда в доме то и дело начинают взрываться лампочки, а кассета посреди ночи включается сама по себе, Харрингтон понимает, что он в дерьме по самые ноздри.

К нему, лениво войдя в поворот, подкатил BMW. Билли устал, морально тоже, поэтому вцепившийся в руль Харрингтон с лицом прокисшего авокадо смущал только первые несколько секунд, пока из открывшегося заднего окна не вылезла голова Макс, перекрывшая собой ещё одну кудрявую башку, которой принадлежал яростный картавый поток непрерывной болтовни. (пост 3-й сезон, где Билли выживает, проходит реабилитацию в лаборатории и вспоминает о доверии)

— Ладно, Харгроув, соблюдай дистанцию, окей? — Стив вздрагивает, просит сквозь зубы и тут же осекается. Потому что совершенно очевидно: Билли чисто из ебанутого принципа сделает все с точностью до наоборот.

Билли спит с кем угодно, лишь бы не ночевать дома. Стив не спит вообще. Они встречаются посередине, в круглосуточной аптеке на окраине города.

– Просто трах, – повторяет он, стоя под прохладными струями воды, и коротко, лающе смеётся. А потом трёт мокрое, колючее от трёхдневной щетины лицо. – Как же ты проебался, Гэвин Рид.

Но вот в чём дело… когда Гэвин набрасывается на других столь безжалостно, он просто хочет, чтобы на него тоже набросились.

Гэвин с девятнадцати лет находит себе временных партнёров на каждую течку. Он привык к тому типу альф, которых может привлечь его поведение, и ему всё равно. Какая разница. А вот Найнсу не всё равно. Слишком много раз он видел, как Гэвин приходит в участок после течки весь в синяках, и, когда ему предоставился шанс уберечь его от этого, Найнс воспользовался возможностью. (Если и были другие причины, по которым Найнс так ждал подобной возможности, Гэвину об этом знать необязательно.)

Ричард вообще-то любит жизнь. У него подписка на Нетфликс оплачена на год вперёд, сечёте? Но в такие дни, как этот, хочется сдохнуть.

Гэвину было тридцать шесть лет, и он окончательно дал по ёбам.

Гэвин Рид вообще никогда не отличался способностью делать правильный выбор по жизни: если проще, его фото могло бы иллюстрировать значение слова «идиот» в новейшем толковом словаре английского языка – его феерические проёбы варьировались где-то между выбором трусов в горошек для той-самой-первой-ночи-с-девчонкой и-и-и… И – вот. Бессмысленной, не имеющей оснований, объяснения и права на существование влюблённостью в ходячий дилдак.

Всем хорошим мальчикам нужен кто-то, кто научит их быть плохими.

Гэвину Риду приходят анонимные письма. Гэвин не в восторге.

Провинциальный городок Детройт сотрясает серия убийств, и все они каким-то образом связаны с детективом Гэвином Ридом.

«Да отвалите вы от меня! – однажды вспылил Гэвин в ответ на очередной драматичный монолог фармацевта о неотвратимой встрече с его Истинным, которая поставит крест на всей этой эпопее с подавителями. – Не встречу я его никогда!» И охренительно проебался с этим громким заявлением.

– Ты в самом деле предлагаешь мне это, – неверяще шепчет Гэвин, сжимая накопитель. – На серьёзных, блядь, щах предлагаешь закачать слепок личности моего мёртвого мужика в его пластмассовую копию. Это… это безумие, Эл. Безумие, абсурд, предательство, в конце концов. Элайджа смотрит на него почему-то с жалостью. – Нет, Гэвин, – ровно отвечает он, – это – твой второй шанс. [AU, в котором RK900 – андроид, полностью идентичный внешне погибшему Ричарду Стерну.]

Когда Гэвин Рид поступал на службу в полицейский департамент Детройта, никто не рассказывал ему о том, что однажды ему придётся флиртовать с новым подозреваемым по так и не раскрытому делу, чтобы выяснить, имеет ли тот отношение к убийству. Впрочем, всё когда-то бывает впервые.

— Слушай, дружище, я же просто предложил тебе обдумать такой вариант, раз уж ты сидишь тут и ссышь мне в уши тем, как у тебя хер зудит. Нашёл бы кого-нибудь, кто не распиздит об этом всей базе, закрыл бы глаза, представил бы какую-нибудь грудастую девицу или мальчика-зайчика с влажными глазами. Какая разница, чья рука полирует тебе ствол, пока ты не видишь её обладателя?