Не успел Джи и развернуться, его тут же прижали к стенке кабинки. Перед лицом стоял старший, внимательно рассматривая его. — Ты чего? — на его вопрос не ответили. Взгляд Минхо опустился на губы Джисона. — Будешь делать минет? — взгляд вернулся к глазам. — Да, конечно, — саркастично сказал он, думая, что друг шутит. Но он никак не ожидал, что...

Минхо клянётся, что видел искру в эту секунду в глазах Джисона. Или это испуг?

— Ты меня теперь ненавидишь, верно? — осторожно спрашивает Джисон. — С чего бы мне тебя ненавидеть? — удивляется Минхо и вскидывает бровь. — Ну, потому что теперь ты знаешь, что мне нравятся парни, — робко и очень тихо произносит Хан. — О, нет, брось, это твой выбор, — уверяет Минхо, открещиваясь. — Мне, может, тоже парни нравятся.

Они уже знали друг друга, но только после Зимнего бала началась их история. Писатель и неисправимый романтик Ли Минхо распахнул свое сердце для любознательного Хан Джисона, изучающего астрономию. Их душам было предначертано сойтись в этой Вселенной.

У Джисона худи за три тысячи долларов, кроссовки за пять и штаны от Версаче, ценник которых Минхо боится смотреть, потому что сшито на заказ; потому что у Минхо вся одежда вместе взятая не стоит и нескольких сотен долларов, однако есть духи от Шанель, подаренные на день рождения, которыми он так ни разу и не воспользовался и которые стоят запакованные на полочке, потому что для Минхо это слишком дорого.

Джисон играет с Хёнджином, шлёпая его по заднице; дурачится с Чонином, показушно выставляя губы для поцелуя; смеётся с Чаном, крепко его обнимая. И Минхо словно не рядом в этот момент. Словно не здесь и не сейчас. Протяни руку, и она пройдёт сквозь. Раздражает. И хуже всего не то, что Минхо ревнует. Нет. Хуже, что Джисон не реагирует, если подобным образом себя ведёт Ли. Минхо думает, что это конец. А как иначе? Если человеку всё равно, то это предел. Ничего не попишешь и ничего не исправишь.

Хёнджин говорит, что Минхо и влюбился — вещи не совместимые, но Минхо бы поспорил, учитывая то, какими глазами он смотрит на новенького преподавателя по праву.

— Признай, я же нравлюсь тебе, цветочек, — заговорчески тянет Джисон, кладя ладонь на плечо Минхо. — Какая ерунда, — фыркает Ли, но чужую руку с себя скинуть не спешит. — Брось, ты бы не дал себя коснуться, если я был не прав, — Хан поигрывает бровями, хотя на него даже не смотрят, и в следующее мгновение обнимает омегу за талию. Минхо поворачивает голову в сторону нахального альфы и улыбается ласково-ласково, озаряя светом. — Опустишь руку ниже, — мягко произносит он, — и я тебе её сломаю.

Хан Джисон - новый работник популярного ресторана, настойчиво желающий получить признание от выдающегося шеф повара - Ли Минхо.

У Джисона дел выше крыши: нужно закончить сведение трека, заехать за костюмами, созвониться с Чаном, узнать насчёт трансляции и вообще — хотя бы поесть. Он голодный с самого утра, а на часах уже начало двенадцатого и за окном давно смеркается. Только вот проблема в том, что Минхо лежит на его коленях и тихонько сопит ему в тазовую косточку, которая едва прикрыта футболкой. Сложно назвать Минхо проблемой, конечно, но именно это связывает Джисону руки, заставляя отложить все дела на потом.

В мире, где ты впервые видишь своего соулмейта в осознанном сне и можешь пообщаться с ним, Минхо и Джисону не очень везёт — они на разных материках и говорят на разных языках. Но также это значит, что у них всё немного интереснее; хотя сны не всегда получаются радужно-счастливыми. — Хей, теперь понимаешь меня? Мне нужно, чтобы ты был живым для нашей встречи.

Выкладывая свои хореографии на Ютуб около четырёх лет, Минхо уже не ждёт чего-то особенного. Его канал стабильно смотрят несколько тысяч человек, и он движется в том темпе, в каком позволяет ему вдохновение. До тех пор, пока одно из его 'вдохновений' не выкладывает в свой Твиттер ссылку на его довольно старое видео.

На него смотрит человек — радостно и с непониманием, замерший в движении и своей эмоции — с рюкзаком на плече и с пакетом из продуктового в руках. На него смотрит человек, чьи поцелуи он стирал жесткой губкой в кипяточной воде до разодранной кожи. Чтобы очиститься. От того, в чем Минхо сам себя измарал.

Пока другие герои разных историй переживают чудовищные драмы и встречают невероятные препятствия на пути к любви, у Джисона и Минхо всё прозаичнее некуда: их отношения не могут выйти на новый уровень, потому что негде. (А ещё Джисон не очень-то уверен, что достаточно для этого взрослый, но это уже частности)

Джи так сильно мечтает о том, как будет метаться от оргазма в сильных мужских руках. Представляет, как коленки будут дрожать, пока его будут втрахивать в кровать. Но нет же, надо было всё испортить!

Джисон, будучи неуклюжим старшеклассником, разбивает свою коленку первого же сентября, а после вспоминает, что в школе появился новый медбрат.

Ли Минхо - новый учитель биологии, а Хан Джисон - учитель английского языка и по совместительству самый приставущий коллега. — Учитель Хан, я поражаюсь вашему оптимизму. Мне уже смешно, ну сколько раз я ещё должен вам отказать, перед тем, как... — Перед тем, как вы всë-таки сорвётесь, учитель Ли? Ах, да, почему же из меня льётся оптимизм? Потому что с каждым вашим "нет", я становлюсь всë ближе к тому самому заветному "да".

— Вы не понимаете, Господин Ли, это искусство, — Джисон, встряхнув баллончик, продолжает, как ни в чём не бывало наносить яркую краску на плакат, полностью игнорируя возражения копа. — Рисовать члены на рекламных баннерах это, по-твоему, искусство?

Хёнджин говорил уж очень много раз: «Мой мальчик, от вашего рофла до настоящих чувств — всего один шаг».

Минхо плюхается рядом с Джисоном, заставляя того вздрогнуть, и с ласковой улыбкой просит помочь с учёбой. — Мм, а ты мне что? — на ломаном корейском щебечет он. — Ну, если сдам сессию, то подарю тебе айфон. Идёт? — Айфоны дарят за минет. — Хочешь отсосать мне? — берёт на слабо Минхо. — Что, если да? — прищуривается Джисон. И это начало конца.