Клеймо "странный" привязалось к Тэхену именно здесь. И все благодаря Чон Чонгуку. Это не тот трюк, как в дорамах: приезжает богатенький наследник, который тут же захватывает всю школу. Здесь другие причины. Ведь Гук смекнул, что если хочет доказать свою, так называемою, силу, то придется сделать из кого-то жертву. Под руку попался именно невидящий парень.

Иногда что-то идет не по плану, и это дает новую возможность изменить жизнь. Или AU, где Тэхену – отцу-одиночке, пришлось взять сына на работу. А заместитель директора оказался отзывчивым и добродушным.

Под проклятым небом в красные ночи мы были крещены пороком.

— Хватит себя мучить! Отпусти его, Тэ. Отпусти... Насильно всё равно никого не удержишь, а любить не заставишь. Ну не привораживать же его?..

На секс-карте, обнаруженной в кладовке колледжа, не указан лишь один человек из их группы. И Тэхён собирается выяснить почему.

Глядя на счастливые пары, которые его окружают, Чонгук, как вожак и хороший друг, испытывает безграничную радость за них. Но вместе с тем лишь сильнее ощущает собственное одиночество. Однако судьба иногда бывает благосклонна и посылает то, в чем мы больше всего нуждаемся.

Завоевывая новые территории, жители островов пересекают море на широких ладьях. Иссолы рвутся вперед, в жестоких сражениях порабощают поселения и захватывают земли. Их воины не ведают страха. Пощады не будет. Никому не спастись.

Какие права могут быть у жителей захваченных земель? Их на родной-то земле ни во что не ставили, что уж говорить о завоевателях.

— А разве мы не люди? — Люди, — уверенно кивнул Хосок, — но другие решили, что мы — неправильные люди.

Чонгук должен был охранять его тело, а не спасать душу.

Счастливый брак, любящий супруг, прекрасные друзья и одна ошибка, которая повторялась из раза в раз. И как бы он не пытался скрыть свою оплошность - все тайное становится явным. Каждая ошибка влечет за собой последствия, к которым нужно быть готовым. Но он был не готов. Его жизнь больше никогда не будет прежней.

Чонгук всегда был омегой сотканным из противоречий, наверное, именно поэтому вселенная подарила ему истинность в двойном размере.

— Ненавижу тебя, драная кошка! — Это взаимно, сутулая собака! — А замуж за меня пойдёшь? — янтарные глаза альфы с прищуром уставились на взъерошенного омегу. — Пойду! — изумрудные кошачьи глаза ярко заискрились счастьем. — Тэ, слезай с дерева! — Неа!

- А здесь мой номер телефона, - с улыбкой говорит Чимин, протягивая стаканчик. – Вдруг… захотите позвонить. Пак, почему-то, сглатывает, когда видит, что сонные глаза открываются шире и внимательно смотрят ему в глаза. Мин берет высокий стакан и смотрит на цифры рядом со своей фамилией. Переводит взгляд на Чимина, который, кажется, не дышит под этим скептическим взглядом. - И зачем он мне? – низким голосом спрашивает Мин. – Ты мне домой кофе привезешь?

Два мира. Две судьбы. Два человека, которые никогда не должны были встретиться. Чонгук — альфа, рожденный в роскоши Верхнего мира, где власть решает всё. Чимин — омега, закалённый в суровости Нижнего, где каждый день — это борьба. Они противоположности, разделённые границами, но объединённые одним — роковой ошибкой, которая изменила их жизни.

Это должно было быть наказанием. Это должно было быть исправлением. Но Тэхён не ожидал, что его щенок привяжется настолько, что станет бояться не его гнева, а его ухода.

— Когда-нибудь ты напишешь об этом песню. О том, какое ласковое весеннее солнце, — Чимин поднял свободную руку и устремил ее в небо, растопырив пальцы: то ли спасал глаза от лучей, то ли пытался дотянуться. — О том, что оно ярче сияет и теплее греет, когда ты с кем-то. Но Юнги был совершенно не согласен. Не с «кем-то». А только, только с ним.

Чон Чонгук просто пытается выжить, мечась между учебой, работой и нелегальными боями. А Ким Тэхён просто решил, что этот мальчишка будет принадлежать ему.

Ловец снов заберёт твои страхи, сделав сон спокойным и умиротворённым. Но ловец дождя притянет к себе тревоги, ужас и боль.

Чон Чонгук ничем не хуже Ким Тэхёна. Чонгук ломает карандаш в тишине аудитории, слишком сфокусировавшись на этой идее, заставляя профессора слегка сбиться с мысли, мазануть по парню недовольным взглядом и продолжить, путаясь в словах. У Чонгука внутри горит неоновыми гирляндами. Я. Ничем. Не хуже. Чонгук думает сделать татуировку с этими словами - в мозгу все равно уже выжжено. Столько лет убеждений. Не работают. (p.s. никто из бантанов не выступает в роли насильника/абьюзера)