— Не смотри на меня так. — Как? — Будто у нас свидание. AU, где Феликс давно осознал свои чувства, а Хёнджин — самый настоящий айсберг, к которому не подобраться.

Спустя два года работы на известного актера, Феликс стал замечать, как бешено бьется его сердце в присутствии Хван Хёнджина. Несмотря на его инфантильный характер и абсолютную неспособность выжить в своей собственной квартире, это амбассадорное чудо сумело захватить его сердечко. Поэтому, смотря на эти губки, которые сей повелитель Версаче вытянул трубочкой, все светлые мысли Феликса успешно собирают чемоданы и уезжают, спешно махая платочком на прощание.

- Ну, может еще встретимся? Встретимся, когда пойдет дождь... - с надеждой в голосе шепчет Хенджин, смотря куда-то вдаль, на тот берег. Ветер сегодня был теплый, нежно ласкал заплаканные лица двух парней. - Вот бы дождь лил вечно, - у Феликса голос дрожит и руки трясутся.

Аптекарь Ли Феликс с детства мечтает изобрести лекарство от смерти. Его лучший друг, церемониймейстер Хван Хенджин, считает, что Ли слишком увлекся этой идеей и не замечает собственную жизнь. Сохранится ли хрупкая связь между друзьями детства?

Хван промакивал волосы полотенцем, когда ему пришло сообщение. - Ликси? Что могло случиться, пока я мылся, - открыв диалог, любые вопросы отпали сами собой, ответ был очевиден. Брюнет поджал губы и сделал глубокий вдох, теперь активнее промакивая волосы, чтобы быстрее оказаться в спальне и увидеть красоту вживую.

Хёнджин считает себя уже опытным преподавателем. Ему тридцать два. Он в разводе и является папой двух детей. С началом учебного года берет кураторство над группой третьекурсников, с которыми до этого не был знаком. Его внимание цепляют несколько очень талантливых ребят, включая Ли Феликса. И каково же было удивление Хёнджина, когда в одном из танцоров принадлежавшего брату гей-клуба он узнаёт своего лучшего студента, которого считал сущим ангелочком.

Иногда, спор заходит настолько далеко, что ты уже и позабыл о нем, влюбившись по-настоящему.

Хенджин получает приглашение на приватную вечеринку в закрытый клуб для студентов, вход в который разрешён только по приглашению и строго в масках, закрывающих верхнюю часть лица.

просто сладкие сынбины, на закуску

Минхо уже и не помнит, в какой из моментов начал ловить себя на мысли, что Чанбин ему нравится не просто как друг...

— Я думал, ты не воспринимаешь это всерьёз. Это просто шутки, — осторожно начал Минхо, но уже по интонации понял, что выбрал не то. — Шутки? — перебил его Чанбин, и его голос стал громче, не крик — боль, тянущая изнутри. — Ты называешь это шутками? Ты весь эфир флиртуешь с ним, смотришь, улыбаешься, спрашиваешь, в каком он номере, и думаешь, что это весело? Что я должен делать в этот момент? Сидеть и радоваться?

Чанбин никогда не был любителем выходных. Ему всё время нужно что-то делать. Если нет работы в студии – значит день пройдёт в тренажёрном зале. Если нет запланированных тренировок – выполняет обещания, что скопились за неделю. И так по кругу. Но чем можно заняться, если тебе продлили выходные и запретили всё это делать?