Эйфория, следующая за влюбленностью, проходит так же внезапно, как и появляется. Сакура убедилась в этом на собственном опыте. Ее чувства не светлые и приятные, не скромные и невинные. Ее чувства — всепоглощающий жар, сжигающий изнутри и толкающий в пропасть. Впрочем, когда есть руки, которые тебя поймают, может, игра все же стоит свеч?

Как может измениться жизнь, казалось бы, безнадёжного человека, если в ней появится всего один друг?

Сегодня четырнадцатое февраля, я сижу в ресторанчике, вокруг меня куча целующихся-милующихся парочек, а я уже четвертый час тупо пялюсь на одного-единственного человека в кафешке. На парня. Официанта.

Родители ставят Се Ляня перед фактом фиктивного брака, и, пытаясь избежать этого, он расписывается со своим лучшим другом. Однако у медали есть и обратная сторона. Он испытывает чувства к вышеупомянутому лучшему другу — чувства, о которых никто не знает. Или: история исцеления и обретения себя, потому что для этого никогда не поздно.

– Я купил у вас товар, но он оказался бракованным. Эта полка не собирается. – Хорошо. Вы пользовались инструкцией? – ...конечно. – Вы ведь сейчас меня обманываете? – Ни в коем случае! Или AU, где Вэй Ин заказывает себе товар в Икеа, совершенно не представляя, как собрать его, а Лань Чжань – вежливый консультант, который работает в службе поддержки клиентов. (с) ChengH

Ученики клана Гусу Лань находят необычные талисманы во время ночной охоты. Выясняется, что это одно из ранних изобретений Старейшины Илина, который так кстати оказался в Облачных Глубинах вместе с Ханьгуан-цзюнем. И той же ночью Вэй Усянь использует такой талисман на Лань Ванцзи...

Лань Чжань ловил себя на мысли, что руки его сами тянулись к огню. Дистанция, которую он выстроил между ними, которую так старательно то и дело нарушал Вэй Ин, казалась невыносимой. Если протянуть руку вперед, можно было его коснуться. Возможно, при этом он сгорел бы, прямо так, на месте, заживо, Вэй Ин бы даже не успел ничего понять. Лань Чжань сжимал ладони на коленях, а после стоял на руках. И это все равно ни капельки не помогало воздержаться от постыдных мыслей. Ночью он не мог спать.

— Прости. Я не Вей Усянь и никогда не был им. Возрождение Старейшины Илина было лишь отчаянной мечтой Ханьгуан-цзюня. Он слишком тосковал по потерянному возлюбленному, что спустя десятки лет был готов принять желаемое за действительное. Но он любил не того. Месяцы лжи и безответных чувств - эти отношения не были настоящими, и им пора прекратиться.

Они действительно были заняты важным и шумным – обнаженные на смятой кровати. Лань Хуань так жаждал увидеть брата, что даже не подумал, чем именно они могли заниматься.

Вэй Ину нравится, когда на вопрос «Тебе хорошо?» Лань Чжань произносит «Мгм» в какой-то новой, захватывающей манере.

Молодой демон Вэй Ин решает, что свое первое задание выполнит с отличием. Всего-то и нужно, что соблазнить невинную душу. А что может быть слаще и почетней, чем соблазнить священника? Тем более, отец Лань такой красивый и так вкусно пахнет невинностью. Вэй Ин не думает, что это будет сложно.

Ло Бинхэ стоит на краю бездны, и Шэнь Цинцю просто не может заставить себя толкнуть своего ученика вниз. Перед глазами всплывают кроваво-красные окна с предупреждениями от системы "Не важно, что будет дальше", - думает Цинцю и, вонзив Сюя в землю у ног, разводит руки в стороны, и чуть не падает, когда Бинхэ врезается в него, стискивая в объятиях "Все будет хорошо", - шепчет Цинцю, ласково проводя рукой по волосам Бинхэ, и морщится то ли от очевидной лжи, то ли от очередного уведомления системы

Хуа Чэн - молодой преподаватель в институте по живописи и рисунку. Он очень строг и требователен, из-за чего многие студенты его не любят, но находится один, который видит в нем не только злобного мучителя и дьявола во плоти. Но может ли педагог в открытую заигрывать со своим учеником?

Чу Ваньнину дарят сертификат в Спа-салон, в котором массажистом работает Мо Жань.

Хуа Чэн с Се Лянем и Черновод с Цинсюанем снова решили поиграть в вопросы – как когда-то в Храме Ветров и Вод. Разве что теперь, когда все маски давно сорваны и карты раскрыты – игра обещает быть еще интереснее. Ибо с каждым вопросом вскрывается все больше старых нарывов, а из шкафов вываливаются все новые скелеты.

Хуа Чэн исчез. Растворился в вихре бабочек, обещая никогда не покидать, но не сдержал обещания. Хуа Чэн исчез вместе с прахом, и лишь красная нить на пальце давала Се Ляню надежду, что его Сань Лан всё ещё где-то в этом мире. И Се Лянь найдёт его, во что бы то ни стало.

Оставшись с Хуа Чэном в Храме Водяных каштанов, Се Лянь не может не признать, как здорово находиться рядом с кем-то, кому он искренне не безразличен. Ведь так приятно чувствовать себя желанным для мужчины, который видит в нём не того, кем он является, а того, кем он может стать. После стольких лет одиночества, когда он чувствовал себя опустошённым, впервые за несколько веков он набирается смелости и делает кое-какое предложение. К его удивлению, Хуа Чэн с радостью решает воспользоваться им.

Катастрофа разделила жизнь Мо Жаня на «до» и «после». «До» были мечты о том, как он мягко соблазняет Чу Ваньнина и открывает перед ним двери в мир чувственных наслаждений, а «после» осталась бездонная воронка, в которую затянуло все его надежды.

Шэнь Цинцю просто хотел напиться. Неужели он так многого просил?

Хуа Чэн не помнит, как звонит в клинику и записывается на прием. Хорошо хоть время, дату и фамилию специалиста записал. Значит, ничего страшного. Но оказавшись в светлой приемной центра, он ощущает будто попал в филиал ада.