Магия решает, что её ребенок достаточно долго был один. Она приводит тех, кто имеет отношение к кристальной пещере, чтобы поделиться некоторыми воспоминаниями, касающимися её ребенка. Мерлин и его друзья наблюдают за его прибытием в Камелот свежим взглядом. Типичный, но от этого не меньше любимый, ао3-шный тэг "персонажи смотрят своё шоу", которого к сожалению нет на фикбуке.

- Я не понимаю, - Артур взмахнул рукой. - Иногда у меня такое чувство, что Мерлин игнорирует меня, либо не ощущает. Либо… я не знаю. Будто бы кто-то выключил ему нос. И мозг.

Заседание круглого стола заканчивается тем, что хмурый Артур осознаёт, что стал жертвой давления собственных рыцарей. И... каким-то образом он стал парнем Мерлина?

Артур не понимает, что Мерлин - его любимчик. Мерлин даже понятия не имеет, что такое любимчик короля. Все остальные в Камелоте знают, что Мерлин - фаворит Артура.

Шанс всё изменить... Мерлин ещё раз посмотрел на дракона и, не колеблясь, повторил согласие. Не мог не согласиться. Ему хотелось домой. Туда, куда стремилось сердце.

Когда кто-то новый прибывает ко двору, задача некоторых более опытных жителей Камелота — отвести новичка в сторону и объяснить несколько правил… насчёт Мерлина.

Мерлину спускалось с рук абсолютно все, потому что долго злиться на него было сложнее, чем спорить с Морганой. Возможно, дело было в том, что Эмрис – самый могущественный волшебник, когда-либо ступавший по земле. И его очаровательным чарам не мог сопротивляться ни один смертный. Даже венценосный. Но для Артура, пребывающего в счастливом неведении и скорбном расположении духа, вся магия Мерлина заключалась лишь в удивительной способности одной улыбкой выбивать из него гнев, как пыль из коврика.

Узнав о том, что Мерлин - маг, Артур вспылил и приказал страже схватить его. Одумавшись, он выпустил своего возлюбленного, но приказал уехать, так и не дав возможности сказать нечто очень важное.

Артур вместе со своими рыцарями невероятно мало обращают внимания на того, без которого вряд ли смогли бы пережить хоть один поход. Ибо готовка - сложное дело. Только самому повару редко достается что-то из его походных кулинарных шедевров.

Возвращаясь из очередного похода, Артур неожиданно для Мерлина отпускает всю свою свиту вперед, а сам отправляется в Камелот совершенно другой дорогой...

Есть что-то странное в новом профессоре по Защите от Тёмных Искусств, и Гарри, во что бы то ни стало, хочет выяснить, что именно. Шестой курс!АУ

Артур солгал колдунье, в ответ на что та наложила на принца проклятие правды. А неловкость все нарастала.

Артур не умер, магия Мерлина оживила его, и лодка вернулась к берегу. А теперь Артуру и Мерлину предстоит дорога домой, в Камелот.

Вместо того, чтобы вытащить меч Брунсвика из камня, Дин умудряется уничтожить его. А что произойдет, если ему в руки попадет Экскалибур?

- Почему таверна? Почему не сказать, что я, например, собираю целебные травы или помогаю нищим? Почему всегда прикрытием является таверна? В общем, Мерлин считает, что это знак свыше и устраивает себе выходной, напиваясь в - да, именно, Гаюс - таверне. Правда, принцу Артуру это почему-то не нравится...

Сотворив случайное колдовство, Мерлин впускает в Камелот Купидона

Настолько неловкому человеку с чистым сердцем и умением влипать в исключительно нелепые ситуации оказаться прижатым кем-то к постели было делом времени, буквально пары минут

Что если всё было не так. Балинор не оставлял сына и жену, Утер признал Моргану дочерью, яды действовали по другому и даже секрет рождения Артура был несколько иным. Это изменило бы людей? А главное, изменило ли это судьбу?

Шесть лет назад Артур спас мальчишку, спрятав его от всего мира в стенах своего замка. А теперь жестокий король соседнего королевства, собрав огромную армию, нападает на Камелот, чтобы найти и подчинить себе мага, по слухам скрывающегося там... Канон!АУ

Мир Артура Пендрагона переворачивается с ног на голову, включая его восхождение на трон и откровение, которое потрясает его до глубины души. Стремительно развивающиеся отношения Артура с Мерлином становятся самыми важными в его жизни. Но ведь никто никогда не говорил, что любить легко.