кому-то может показаться, что месяц разлуки — это совсем мало по сравнению с целым годом, но чонгук так сильно привык к тэхёну под боком, что выносить его отсутствие не может ни дня.

— Странно, сколько хожу сюда купаться, ни разу ни одного человека не встретил, — пожал плечами Тэхен и шагнул в сторону Чонгука. И тут до него дошло, что альфа голый, в смысле весь. — Стой там, — кое-как выдавил из себя Чон, чувствуя, как к щекам и ушам приливает кровь. — Не выходи. — Хорошо, — кивнул альфа, и Чонгук расслабил булки, пока тот не продолжил. — Тогда ты иди ко мне.

У Чонгука весь первый курс академии было все идеально. Было. Пока у них не началась практическая боевая магия, а у него не появилась своя головная боль. Ким Тэхён для него, как криптонит для Супермена. — Если бы он испытывал хоть какие-то эмоции, готов поклясться, у него бы стояло каждый раз. Не просто же так он меня об землю лупит до самого конца пары, — Чонгук сильнее затянул крепление своих перчаток на запястьях.

Чонгук не хочет прояснять, какие между ним и Тэхёном отношения, но он понимает одно — этот человек ему нужен.

Тэхён точно знал, когда ему врут. И не потому что он разбирается в мимике и невербальных знаках. А потому что имеет то, чего нет у других. Темноволосый долго считал это отклонением, пока в более сознательном возрасте не понял, что звон в ушах раздаётся не постоянно и беспочвенно, а при определённых обстоятельствах. Только тогда, когда он слышит враньё. Каждый раз, улавливая даже отрывок чужой фразы, Тэ мог понять, что человек лжёт. Чёткое "дзынь" раздавалось в ушах громким триггером.

- Почему я живу один в такой глуши? Почему держусь от людей подальше? Почему свету предпочитаю темноту? — спросил неожиданно незнакомец. — У вас социофобия? — предположил Чонгук, вызвав нервный смешок у альфы. — Да нет же! — он покачал головой. — Я невероятно быстр и силён, у меня бледная ледяная кожа, я никогда не ем и не пью. Как думаешь, сколько мне лет? — Семнадцать? — вырвалось у Чона, когда ему припомнился диалог Беллы и Эдварда из «Сумерек». - О, Господи, дай мне сил!

— Подожди, — вдруг сжимает кулак Чонгук. — Я всё же не понимаю, зачем тебе так нужен этот камень? — А почему ты так не хочешь отдавать мне мою вещь? — Чонгук видит в чужих глазах раздражение?.. Уязвимость? Он не уверен. Чонгук не до конца может понять эмоции Тэхёна, всё же они общаются-то первый раз. — Да потому что, я – енот! — А я – выдра! — выхватывает у дезориентированного таким аргументом Чонгука камень и уходит не попрощавшись. — Хам! — кричит вдогонку гибрид енота.

- Но сейчас же все в порядке, да? - с улыбкой спросил Чонгук. - Давай просто не будем вспоминать об этом, потому что я уже забыл. Хочу, чтобы между нами были хорошие воспоминания из прошлого и нормальное общение в настоящем. Мы же друзья, по крайней мере, точно были ими. Может, постараемся вернуть хоть немного той дружбы? Ты не против, хён? Тэхён смотрел на такую родную/чужую улыбку и с усилием растянул губы в ответной улыбке. - Ты прав, Чонгук-и, мы друзья. Думаю, с этим проблем не возникнет.

Тэхён и Чонгук одинокие парни, мечтающие о детях, но будучи «другими» в силу физиологических особенностей, на такой шаг не решаются. Зато решаются взять из питомника собачку. Маленькую, миленькую, чтобы заботиться. Вот только они не учили тот факт, что западут на одного и того же щенка. И начались голодные игры...

Ему бы действительно следовало приглядеться к молоденьким офицерам и младшим лейтенантам, что упорно строят ему глазки на общих сборах и ненавязчиво угощают невесть откуда добытым шоколадом по праздникам. Действительно стоило бы, но… Его мысли и сердце неустанно будоражит один капитан, что возрастом едва ли младше его собственного отца, под чьей тяжестью взгляда хочется мурчать покорно и забиваться под бок.

— Я хочу нормальных, человеческих отношений, Чонгук, — припечатывает правдой. — У нас была договорённость, что между нами только секс и ничего больше, поэтому я решил… Уйти. Закончить всё это, — последнюю фразу Тэхён произносит шёпотом, но для Чонгука она всё равно звучит оглушающим выстрелом.

Только отпустив прошлое, можно найти счастье...

Лесной волчонок пробирается в дом деревенского оборотня, случайно съедает весь мёд и засыпает в гостиной. И узнаёт, что такое любовь.

Тэхён ненавидит Чонгука. Ненавидит за выразительные, черные, как угольки, глаза. За пухлые розовые губы и за заливистый, как звон колокольчиков, смех. За сияющую улыбку, которой в милых беседах он одаривает альф, работающих в их компании. Тэхён ненавидит, как эти самые альфы глазами пожирают того, кто им так мило улыбается. Он ненавидит взгляд, которым омега смотрит на него. До боли в животе. До липкого холодного пота на спине. Тэхён хочет его.

— я вижу тебя всего второй раз в жизни, но ты уже пробрался мне под кожу, — чонгук тычет себя в грудь, туда, где грохочет смятённое сердце, а тэхён раскатисто смеётся, запрокидывая голову и сверкая вылезшими острыми клыками. — признайся, что околдовал меня.

— Не значит, — Чонгук улыбается, его рука ложится на бедро Тэхёна и медленно скользит вверх к паху, Тэхён успевает перехватить его за запястье, на что Чонгук улыбается шире. — Но что нам мешает? — Друзья не трахаются, — хрипло отвечает Тэхён, убирая руку Чонгука подальше от своего паха. — Кто сказал? — Чонгук лукаво ухмыляется, прищурив глаза. — Все просто и без обязательств, не нужно никого искать на стороне, когда приспичит. А взамен охрененные оргазмы и пустые яйца. Идеально, не находишь?

Всё течёт и меняется, кроме любви Чонгука к своему взбалмошному хëну.

Один считает себя недостаточно хорошим: всего лишь отец, старающийся подарить своему сыну лучшее будущее. Другой — яркий и талантливый, но скрывающий страх быть отвергнутым. Их встреча в рождественский вечер могла бы остаться случайностью, если бы не одно "а если?". Вместе они рискнут представить, что счастье возможно. Даже с прошлым. Даже с сомнениями. Даже с тем, что кажется непреодолимым. Ведь иногда судьба всего лишь ждёт, чтобы её заметили.

— Ребят… — плаксиво начал Тэхён, хотя понимал, что его попытки просто проигнорируют. — Можно мы перевыберем, а? — Не-а, — довольно улыбался Юнги, наблюдая за чужими страданиями. — Есть в этом мире справедливость, и вы теперь не отвертитесь! — Да ты издеваешься! — прошипел Чонгук, смотря в ехидные глаза своего хёна. — Нет, нет, нет и ещё раз нет. — Да-да, Чонгук-и, — продолжал противно улыбаться Юнги, попивая своё соджу. — И только попробуйте попасться!