«Они растерзали её, а затем стёрли все воспоминания обо мне, словно передав послание. Послание, которое разрушило мою жизнь. Послание, которое разбило…» — Драко осёкся. Блейз понимающе кивнул и закончил за него: «Которое разбило тебе сердце».

Гермиона втянула ртом воздух и открыла крышку унитаза, кашляя. Розовые лепестки усеяли белый ободок, и, если бы не приступ боли в грудной клетке, она наверняка бы в очередной раз поразилась. Нежно-розовый цвет, серьёзно? Он в последнюю очередь ассоциировался у неё с ним. Ей казалось, что она должна откашливать что-то вроде генлисеи — это бы идеально ему подошло. Никакой нежности.

Поспешные выводы опасны

В тот момент, когда толстая папка с грохотом приземляется на его стол, Малфой понимает: эти две недели будут невыносимо трудными. И не потому, что найти новый лес для кентавров так сложно. Все дело в ней, долбаной Гермионе Грейнджер.

Говорят, один раз — это случайность, два — совпадение, а три — закономерность. А четыре? Что там говорят про четыре?!

Будущее магической Великобритании в его руках… Возьмет ли Драко Малфой на себя такую ответственность?

У аврора Гермионы Грейнджер есть задание: узнать, кто устраивает секс-вечеринки в старом поместье.

Рон Уизли не умел слушать свою партнёршу. Хотя, вполне возможно, дело было в том, что это Гермиона Грейнджер не умела разговаривать со своим мужем. Но факт оставался фактом — она не кончала с ним вот уже несколько лет. Именно поэтому её сексолог, поняв безнадёжность ситуации, отправляет волшебницу на приём ко врачу-легилименту, который постарается откопать причины этого в её сознании. Но кто знал, что читать её мысли будет Драко Малфой? Драко Малфой, которого она давно хочет.

— Сядь, — она резко меняет тон голоса на властный. — не люблю, когда на меня смотрят сверху вниз. Грейнджер опять толкает табурет от себя. — Я сказала сядь! Унизительно смахивая с табурета пыль, Малфой присаживается, и поздно понимает, что ножки его «сиденья» слишком короткие, чтобы его голова была на уровне головы Грейнджер. Теперь она смотрит на него сверху вниз, явно этим забавляясь. Ее ухмылка коварна и, как бы Драко не хотел это признавать, притягательна.

— Мне кажется, я знаю, чего ты хочешь на самом деле. — Его слегка дезориентированный от плохого зрения взгляд скользнул по её волосам и крошечным веснушкам на кончике носа в ожидании ответа. — Ты забыл, кем ты был, и я хочу тебе напомнить.

Что случается, когда аврор влюбляется в заключённого? Что будет, когда его освободят?

— Твой вердикт? — Драко подался корпусом вперёд, совсем немного нависая над ней, но этого простого жеста хватило, чтобы горькие цитрусовые духи завладели её лёгкими.

— Нас вызвали к директору! Я знала, что развода будет недостаточно! Ты продолжаешь отравлять мою жизнь!

К слову, секса стало сильно меньше, когда Лира и Скорпиус появились на свет, но Гермиона была намерена сегодня же это исправить.

Драко отмечает Новый год на Гриммо по всем магловским традициям. Возможно, самое время загадать самое заветное желание?

Вероятно, ближе всего за последние несколько лет Гермиона оказалась к его персоне, когда отнимала у шестикурсниц журнал с его полуголой фотосессией. Тот, кстати, до сих пор пылился на её платяном шкафу.

Через три года после войны проклятие наносит ущерб рождаемости в волшебном мире. Теперь Министерство обязало всех, кто может произвести на свет волшебника, «внести свой вклад» и сходить на свидание с участниками Реестра фертильности.

Его «как обычно» — это американо, кусочек торта со свежей малиной и отказ владелицы кофейни пойти с ним на свидание.

Воодушевленная восторженными рассказами Пэнси о невероятных успехах Малфоя в постели, Гермиона пригласила его на их пятое свидание в свой дом. Каково же было ее удивление, когда она поняла, что Драко понятия не имеет, как доставить девушке удовольствие.