Сергей подозревает, что Олег ему изменяет. Олег подозревает, что Сергей употребляет. Никто из них не подозревает, что его супруг — наёмный убийца.

Сережа и представить не мог, что однажды его (повзрослевший и возмужавший) друг неожиданно спросит: – Серый, а сколько у тебя сантиметров? У Сережи даже книжка из рук выпадает. Вот тебе и «Сон в летнюю ночь». И прежде, чем он успевает хоть что-то сказать, Олег поясняет (как будто и так не было очевидно!): – Я про член.

Сережа думает: сейчас. Вот сейчас Олег не выдержит, перекинется и устроит ему такой трах, какого у них еще не было.

Когда соцсеть «Вместе» начала приносить первые плоды, а Сергей с Олегом переехали в новую квартиру, Разумовский, коснувшийся огромного достатка, первым делом не стал скупать дорогие машины, брендовую одежду или носить часы от Rolex. Но он каждый божий день из пекарни напротив таскал домой эти чертовы синнабоны – покрытые кремом булочки с корицей – и ел их с таким удовольствием, что Волков стал медленно сходить с ума.

Олегу нужен лечебный массаж, но Серёжа очень ревнивый. Чем это закончится? Олег знает с самого начала.

Запах хвои и специй встречает Серёжу ещё на пороге их с Олегом квартиры. Яркий, въедливый настолько, что кажется, он отпечатался на всем в их доме. Сережа тяжко вздыхает. Олег привел домой течную омегу, пока его не было… сколько? Неделю?

Олег влюбляется в него снова. Но, глядя на дорогие костюмы, безупречную внешность, успех, признание и идеальное окружение, Олег и думать не смеет о взаимности. Даже о призрачном шансе на неё. Он простой наемник с изуродованными шрамами лицом и телом, с несмываемой кровью на руках, с прошлым, которое невозможно ни забыть, ни выжечь. Он и в прошлом не считал себя достойным Серёжи. А уж теперь в роскошной жизни самого молодого миллиардера Сергея Разумовского Олегу места нет.

— Не нравится? — Серый смотрел с непониманием. Олег промолчал, натягивая штаны. Разумовский поднялся следом, и в груди свербело — что-то, блять, не так. Снова. Как и каждый предыдущий день. — Серый, — у Олега блестели глаза, и тревога начинала отдавать дрожью на кончиках пальцев, — короче, не выйдет с этим. Прости.

— Что ты хочешь на день рождения? Ты точно о чем-то подумал, — Серый прошептал улыбчиво в самые губы, касаясь мягко, мокро, любимо, соскальзывая на подбородок, — и не рассказываешь, — прикусил и тут же потерся губами об обжигающую щетину, потом носом, щекой — словно кот.

«— Знал бы ты, как достал меня, — шепчет Олег на ухо, проводя языком по ушной раковине. — Я, дорогой мой, в отличие от остальных твоих подданных, не буду терпеть все твои закидоны, и если нужно будет, если выведешь — отвечу, даже ударю, если понадобится, теперь видимо можно, — он отрывается от уха, заглядывая в глаза, а после на губах расползается хищная улыбка. — А ты, я вижу кайфуешь. Не знал, что ты настолько мазохист»