Есть спойлеры к сюжету 2.2 Бутхилл вздохнул, и сел перед ним на карточки, он не обнимал и не касался Сандея, ведь уже знал, как тот ненавидить касание, после травматических событий

Глава клана Дубов, закашлял, лежа в своей постели. На самом деле, он был не доволен тем что так запустил себя, и так жалко лежит на кровати чем разбираться с делами Пеноконий.

Воскресенье параноик, чья жизнь подчинена постоянному сражению со страхом предательства. Нет ли яда? Не появится ли киллер? Не пырнет ли кто-то его ножом прямо в холле отеля? Все эти тени ходили за ним по пятам. Даже в идеальных сладких грезах могут завестись кошмары. Рейнджер же явно был не из тех, кому можно довериться. Импульсивный, болтливый, вечно потрясающий своим оружием. «Склонен к принятию необдуманных решений и излишнему риску. Особо опасен» — горело красным в его профайле.

В один день, когда Сандей принимал гостей в банкете, ему подсыпывают наркотики как афродизиак. «Чертовы ублюдки» шипел под нос он, прижавшись стеной в коридоре

И каждая собака тронувшая его божество, почувствует вкус его пули

Бутхилл поцеловал тыльную сторону ладони галовианца, который был даже весьма доволен таким поступком. — Сделаю всё так, как полагается, ангелочек. Пускай Воскресенью и не нравилось такое прозвище, но для него можно было сделать исключение.

Зарянка глубоко вздохнула, покачав головой. Её брат намного старше её, и заботиться о нём было бы как-то странно, учитывая то, что он и сам может постоять за себя. Только вот у певицы не вызывает доверия этот ковбой.

Однажды всеми известная певица Зарянка устраивает розыгрыш, победитель которого сможет провести с ней один день. Девушка удивилась, когда узнала, что победитель хотел встретиться не с ней, а с её старшим братом.

Воскресенье идет вместе с Бутхиллом на обычное место встречи «галактических рейнджеров», но через некоторое время он чувствует себя не особо хорошо

Две стороны одной монеты, они знали друг друга слишком хорошо, Бутхилл дает касаться своему лицу только Воскресенье, и второй позволяет касаться себя только ему. Расставшись, по-глупой ситуации, они все еще любили друг друга

Он всей душой молился, лишь бы не посещать снова эту Пенаконию. И не потому что ненавидел, а потому что не хотел, чтобы его ангел видел его таким.

А что, если при разговоре Галлахера и Воскресенья, кое-кто всё-таки успел прийти?

У Воскресенья остался в руках последний козырь. Пожалуй, самый весомый и приятный для самого главы Дубов.