«Меня помнят лишь те, кому я позволяю помнить», — шепчет Сет во снах, хищно скалясь сквозь пески и бурю. И она помнит. Помнит, кто он такой. Её неизбежность. Её покровитель. Её бог.

Опрометчиво и глупо отдаваться богу хаоса и смерти. Но разве не для этого я была рождена?

—Что же ты господин, делаешь.? Неужели я заслужила твоего особого внимания заслужила? Я ведь твоя должница. Разве я достойна тако-о-ого? —Эвтида обернула свои длинные ноги вокруг меня, и, кажется, даже свечи начали замечать перемену в атмосфере. Из ярко-оранжевого цвета огонь сменил свой цвет на тёмно-красный. —Достойна, Нефтида Меренсет. Всего достойна. И в этой игре ты уже давно не обычная должница. –Я провёл кончиками пальцев по её щеке, очерчивая скулу и слегка оттягивая нижнюю губу.

– Ты осознаешь что ты делаешь? Обратного пути нет. Ты играешь в игры, где на чаше весов смерть. – Господин, на одной чаше – смерть, на другой – любовь. Позволь мне перевесить другую чашу.

— Эпистат начал охоту, — ухмыльнулся Сет.

Мерцающее звёздами небо и совершенно прохладная, контрастная знойной полуденной жаре ночь скрыла среди песчаных холмов гробницу. В месте том две души прочно соединились — одна — смерть несущая, вторая — жизнь дарующая. И ничто с этой ночи не сможет их разлучить.

— Не отставай, шезмочка.

А с Нефтидой – плохо.

— Хотела быть моей единственной? - Сет прыснул, а на его лице проступила тень улыбки, погрузившей ее сердце в беспросветный мрак. Все это время она думала, что и есть единственная.

Очередная встреча со своим покровителем повлекла за собой ранее неизведанные ощущения.

Никому не нравится быть загнанным в угол, а оказаться окруженным с трех сторон — тем более. Эвтида понимала, Амен просто ждет, когда она оступится, а Реммао уже продумывает план, как создать все условия для этого. Финальным штрихом в этой тупиковой ситуации стала просьба Сета заглянуть в сон эпистата. Молодая шезму решает поставить на карту все и начать действовать. Кто знает, может у нее получится остаться в живых?

Злые черномаги пойманы, Египет может вздохнуть свободно. Но эпистат не намерен так просто позволить Эве обрести вечный покой. И лишь достигнув точки невозврата, Эва понимает к кому по-настоящему тянется её душа. Теперь она готова на всё, чтобы выжить. И даже стать женой бога.

Ночью я послушней. Ночью мне легче кому-то отдаться.