Они стали друг для друга причиной боли и скорби. Хороший повод для ненависти. Но как быть, если вместо этого осталась только разъедающая душу тоска? Возможно, одна на двоих судьба связала их сильнее, чем думали оба.

Сборник драбблов по фэнцинам, короткие зарисовки без особого смысла и сюжета

Сначала Цинсюаню казалось, что он попал в кошмарное место, где будет долго страдать. Но оно того стоило! Пвп-хулиганство, где Черновод разоряется, влезает в долги, но очень старается, чтобы Цинсюаню все нравилось.

Начинается последнее школьное лето. От него хочется взять максимум впечатлений, впитать счастье и унести с собою во взрослую жизнь. Каждая эмоция юности — тонкая нить, ведущая к осознанию своих чувств, пока немного неясных, но захватывающих дух.

Фэн Синь и Му Цин женятся, чтобы сохранить контроль над югом. С этого дня им приходится убеждать всех в трех мирах, что они по уши влюблены друг в друга, если они не хотят, чтобы обман раскрылся.

Фэн Синь попал в западню, но выбираться из неё совсем не хотелось

Фэн Синь ушел. И как бы тяжело не было на душе после ссоры с Его Высочеством надо двигаться дальше. Однако на пути ему встречается отряд из Юнани, который отправили им вслед после того злосчастного выступления на городской площади. Все бы ничего, но кажется они ищут императорскую семью.

После того, как Фэн Синь случайно вдыхает цветочную пыльцу во дворце Пэй Мина, Му Цину приходится помогать ему избавиться от нее.

Как всем известно, Му Цин много думает. Многое просто надумывает. До некоторого случайного момента Фэн Синь уверен, что не бывает и секунды, когда мозг поганца не генерирует всякую чушь. И ещё он уверен, что они друг друга ненавидят. А потом Му Цин перестаёт думать, и это переворачивает всё с ног на голову. Фэн Синь не знает, проклинать или боготворить алкоголь.

Се Лянь — талантливый скрипач, готовившийся к выступлению, от которого решится его дальнейшая судьба в мире музыки. Хуа Чэн — начинающий рок-музыкант, пытавшийся собрать собственную группу. Они совершенно разные, но жизнь однажды уже свела их вместе. Кошмары прошлого вырываются на свободу, угрожая разрушить всё, что они так упорно пытаются построить. Теперь парни должны решить, смогут ли они преодолеть все трудности вместе. Но для начала, Се Ляню предстоит раскрыть все секреты своего дяди...

Боги, как же этот человек заставлял кровь Фэн Синя кипеть во всех смыслах. Обвив руками талию Му Цина, он притянул его ближе, словно пытаясь таким образом зафиксировать их обоих в моменте. Прижавшись губами к подбородку Му Цина, Фэн Синь оставил дорожку быстрых поцелуев на гладкой коже, спускаясь к шее и прослеживая путь до тонких ключиц своего любимого соперника, а затем снова возвращаясь к чувствительной шее. Ему никогда не будет этого достаточно.

Чувства южных богов друг к другу всегда были взрывоопасны. Всегда выражались в самой крайней степени насилия, не сдерживались в жестоких ударах, всегда слишком много, слишком сильно, слишком плохо. И сейчас это меняться не планирует. Это больше не ненависть, но это хуже. Это целая чёртова дюжина эмоций такой силы, что может смывать города, это не может держаться внутри, и этому нужен выход. Фэн Синь находит его в поцелуе.

Они резко замирают по разные стороны от стола, дергаясь то в одну, то в другую сторону, пытаясь предугадать действия соперника. — Вот опять! — Фэн Синь вскидывает руку, тыча в него пальцем, — Ты хоть минуту можешь не думать о моем члене?

"Саньлан: Сделал сегодня снимок. Думаю, он поднимет тебе настроение. Тебе понравится." Или Хуа Чэн случайно отправляет Се Ляню не то фото, чем меняет характер их отношений. Конечно, в лучшую сторону.

Се Лянь отчаянно хочет Хуа Чэна, но его тело за сотни лет привыкло к строгому воздержанию. Поэтому он просит Хуа Чэна помочь ему переступить черту.

Иногда даже самому большому неудачнику везет во владениях Градоначальника. Ау, где у Се Ляня три канги, одна из которых отнимает его лицо и скрывает духовную энергию божества. Наследный принц в роли прислужника Градоначальника Хуа и другие приключения героев любимой истории.

[AU, где вместо Божка Пустослова демоном, который привязался к душе Цинсюаня и питается его страхом, изначально был Хэ Сюань. И нет никого, чью судьбу мог бы использовать Ши Уду, чтобы спасти Цинсюаня] Медленно сводя с ума, то пугая, то сжаливаясь на некоторое время, ведя себя, как друг, с добротой, поддержкой, почти ласково, словно это не он причина кошмаров, после которых он утешает Цинсюаня.

После расставания с Се Лянем и до собственного вознесения Фэн Синь и Му Цин пересеклись в мире смертных однажды. Но оба с тех пор делают вид, что той встречи никогда не было, потому что как бы сильно Фэн Синь все эти восемьсот лет ни злился на Му Цина, как бы сильно ни пытался его уколоть побольнее, у него бы никогда язык не повернулся вспоминать ту ночь, чтобы задеть Му Цина за живое. Все, что угодно, но не это.

Они смотрят друг на друга, кажется, целую вечность. Се Лянь, как и восемьсот лет назад, обнимается, крепко зажмурившись, и потому не видит, как Фэн Синь одними губами спрашивает «Можно?» и после долгой паузы получает маленький, еле заметный кивок. Он прижимается аккуратно, обхватывает руками бережно, и Му Цин, напрягшийся в этот момент, позволяет себе вновь немножко расслабиться. Не полностью, но насколько вообще может. Он старается. [Сяньлэ трио и немного комфорта для Му Цина]

Он все еще не в состоянии открыться и довериться целиком, но Фэн Синь этого и не требует. Фэн Синь, кажется, доволен компанией любого Му Цина, как честного и умиротворенного, уязвимого и притихшего, так и саркастичного и колкого, закрывающего от чужого взора все самое чувствительное. Му Цин прощупывает почву и недоверчиво топчется на одном месте месяцами, прежде, чем ступить дальше, не способный так скоро принять ее твердость и надежность.