Чем может обернуться задание, с первой любовью? Конечно любовью

Во время одной из учебных ночных охот произошел непредвиденный инцидент. Сычжуй, Цзинъи и Цзинь Лин оказались в щекотливой ситуации, случайно став свидетелями того, что не предназначено для их ушей, и уж тем более глаз.

Они хотели быть вместе несмотря ни на что. Но это самое "что", а вернее "кто" всегда появлялось в самый не подходящий момент.

Замах. Свист. Удар. Стон удовольствия. Кто бы мог подумать, что такой человек, как Цзинь Лин позволит делать с собой такие вещи, а через несколько минут умолять просто взять его? Сборник современных AU.

Цзинь Лин и Лань Цзинъи решили, что именно сегодня милый Юань будет снизу. А чтобы их любимый не сбежал, мальчишки придумали кое-что интересное...но после им последует.. интересная месть~

— Не понимаю о чем ты, дядя, — Жулань перебивает его, не давая договорить, — я уже сказал, это лишь мой выбор. Гуаньяо в ответ лишь поджимает губы и кивает. Это право его взрослого племянника. — Сегодня я собираюсь напиться и лишиться девственности.

Вот уже несколько недель Цзян Чэнь ничего не чувствует. С того момента что случилось тогда. Да, он может раздражаться, улыбаться племяннику, уставать, но чувство пустоты не покидает его. Он даже уже не злится на Вэй Усяня с его мужем и то, как они ведут себя прям на виду у людей. Он не чувствует боли и злости, когда видит Вэнь Нина. Он ничего не чувствует.

— Наш А-Лин уже такой взрослый! — Вэй Ин закидывает руку на плечо шиди и улыбается. — Я тут провёл беседу о всех моментах первой брачной ночи, не дожидаясь тебя, потому что ты, мой невинный шиди, не... — Вэй Усянь! — Дядя Сянь, фу! — Да что? — Вэй Ин машет руками и усмехается. — А-Лин, если будут какие-то вопросики по этой теме, то сразу беги ко мне. Я и Лань Чжань... — Дядя!

Видимо, от нахлынувшего жара он не почувствовал ни капли боли. Столкнувшись глазами со взглядом главы Цзян, Сычжуй неуверенно согнулся в поклоне. Цзыдянь свистнул над головой в то же мгновение. Разогнись Лань на секунду раньше — остался бы без головы. — Наглый мальчишка! — рявкнул Цзян Чэн, снова замахиваясь Цзыдянем. — Как ты вообще посмел прикасаться к моему племяннику своими ручонками?!

— А-Лин, — Сычжуй чмокнул жениха в макушку и потерся о неё носом. Волосы омеги приятно пахли мёдом, а кожа отдавала цитрусовой нежностью, и в другой бы момент Сычжуй поцеловал доверчиво подставленную тонкую шею омеги, но не сейчас. Сейчас за ними следил недовольный взгляд главы клана Цзян, а Цзыдянь в его руке тихонько потрескивал, рассыпая мелкие фиолетовые искры. — А-Лин, не плачь, прошу. Омега оторвал лицо от чужой груди и хлюпнул носом. Точка киновари на лбу окончательно смазалась.

Цзинь Лин никогда не признается, но иногда он врет.

"Мы остались только вдвоем друг у друга. И мы справимся. Даже рожденным омегой, я смогу защитить тебя. Мой сын"