— Согласен, но, смотри-ка, выпивка делает честным, — Со проводит пальцами про оттопырившейся ширинке, а после хмыкает и встаёт, тут же меняясь, сбивая с младшего спесь. С щелчком захлопывает аптечку и ставит её обратно на полку, со скрипом проворачивая ручку. — Уйдёшь? — возмущается Ли. — А что нужно сделать, отсосать?

искал чанбин куда меньше, чем смог найти. его любят открыто, нежно, крепко. и он — тоже.

— Как же ты меня раздражаешь, Со Чанбин, и как же долго я хотел сделать это. – Во рту неприятно липко, и рэпер громко сглатывает. – Двенадцать раз я спасал твою задницу. Двенадцать раз ты пытался сломать меня, а по итогу сам стоишь на коленях и выгибаешься передо мной. Сегодняшний день – тринадцатый. Будешь считать.

До припева остается буквально меньше секунды и происходит оно. То самое, о чем мечтали большинство, но почему-то случилось именно с Феликсом. Всего миллисекунда. Их глаза: карие, темные, затягивающие, Чанбина и светлые, поблескивающие в свете софитов, наполненные неподдельным восхищением и кое-чем еще, Феликса, встречаются.

На чистоту, ведь мы тут не маленькие дети и рассказ не про маленьких детей — у Феликса была очаровательная небольшая задница, которая, как было как-то проверено, отлично умещалась в чанбиновых ладонях, и по звуку шлепка была даже лучше задницы Минхо (о чем ему Чанбин точно не скажет, но думать будет). Эта маленькая часть тела Феликса была замечательной, но дело было не в ней. А в том, что было ближе к животу. Конкретнее прямо под ним.

- Ликс, мне нужна твоя помощь! Срочно! - Что на этот раз, хён? - Я... хочу пельмешек.

В какой-то момент Чанбин перестает думать и начинает делать, то что ему нравится, а Феликс борется с собой и недотрахом.

Даже в нетрезвом состоянии мозг Чанбина был способен понять, насколько он влип, ведь потратить кучу денег на шмотки и в тот же день их потерять было верхом безответственности даже для него. Хорошее оправдание придумать не удалось. Избежать сурового наказания тоже.

воодушевленный феликс давно желает вручить подарок своему любимому названному близнецу на день рождения, поэтому без предупреждения приходит в его общежитие с запасным ключом, цветастым самодельным тортом и огромным пакетом вкусняшек из ближайшего таргета... но не ожидает совершенно того, что застанет в спальне именинника, страстно трахающегося с какой-то красивой девушкой

Чанбин прислушивается к каждому звуку, который исходит из прихожей, и вот он слышит шаги, которые направляются в комнату. Пять, четыре, три, два... Эффект достигнут. Феликс не ожидал увидеть его таким. Чанбин стоит на коленях спиной к двери: ровно вытянутая, словно струна, спина, руки смирно лежат на коленях, а чуть длинная чёлка прикрывает глаза опущенной головы. И на нём ничего.

- Спокойнее, все будет хорошо. Больно не будет, - успокаивал Ликс, сильнее сдавливая шею, чтобы Со не вырвался и аккуратно ввел первый палец. Или история о том, как Феликс лишал девственности Чанбина.

О том, как опасно оставаться дома одному, о красной тренировочной ленте, шоколадном мороженом и нагловатом Феликсе Ли.