«О, блестящий план. Давайте уговорим юдекса сменить величественное здание суда Кур-де-Фонтейна на лужу в глуши» Или немного о неуверенности в себе одного герцога, безмерной любви и горячем сексе.

Когда в Фонтейне начинается сильный ливень и море безумно волнуется, предвещая шторм, Ризли знает лишь один действенный способ сделать так, чтобы их любимое государство не превратилось в затонувшую Атлантиду.

Ризли любит вечера с Нёвиллетом. Они лёгкие, беззаботные и до одури смешные, особенно тогда, когда юдекс читает "Паровую птицу" и даёт самые острые комментарии, на которые он способен. Герцог обожает это минимум из-за того, как забавна вся эта ситуация, учитывая белый ворсистый плед с морскими звёздами.

Ау, в котором Нёвиллет неожиданно остро реагирует на слухи о герцоге крепости Меропид, Фурина, как всегда, подливает масла в огонь, а Ризли... Впрочем, он играет в этом действии непоследнюю роль. Ой, и подождите: демуазель Навия серьёзно поцеловала герцога средь бела дня? Нёвиллету нужно разобраться. /// > – Конечно, – тут же подхватила Фурина собственную мысль, – столько людей заявило на него права! – Людей? – меланхолично переспросил Нёвиллет. – Его что, весь Фонтейн перецеловал?

— Я не понимаю. — повторил Ризли. Он мог повторять это до тех пор, пока его голосовые связки не порвались бы в клочья, а глаза не вытекли бы окончательно, оставив лишь пустоту. — Я не могу понять, зачем я тебе вообще нужен, Невиллет. Я плохой омега. И человек тоже. Невиллет смотрел на него с нежностью и глубокой печалью. — Никто в жизни не полюбит такого больного омегу, как Ризли. Он не мог иметь детей. Не мог спариваться. Не мог даже сделать гнездо.

Ризли безнадёжно влюблён, его лёгкие полны цветов, и он давно смирился с грядущей смертью. Но, как обычно бывает, всё оборачивается не совсем так, как он полагал.