Минхо сидит на коленях Джисона, крепко к нему прижавшись, и мечтает только о том, чтобы гроза поскорее закончилась. Его кошачьи ушки мелко подрагивают, а хвост болтается из стороны в сторону, пока владелец не может носа оторвать от изгиба шеи Джисона. Джисон мягко гладит его ладонью по спине, где-то между лопатками, и шепчет тёплые слова, заставляя отвлекаться. И Минхо отвлекается, начиная тихонько мурлыкать и доверчиво тереться влажной щёчкой о его плечо.

Джисон не следил внимательно за изменениями тела Минхо, но точно ловил себя на мысли, что здоровый румянец его пухлых щёчек выглядит очень мило, что чуть видный животик гораздо привлекательнее выпирающих рёбер, что мягкие бёдра трогать много приятнее, чем терзать косточки.

Минхо всегда был правильным ребёнком для своих родителей и беспрекословно выполнял их требования. С самого детства у него были роскошные вещи, любимое дело и исполнение даже самых заветных желаний. Но всё изменилось после одной встречи с альфой, который показал ему совершенно другой вкус жизни.

Джисон ему цветы дарит, в кафе водит, сладких снов желает каждую ночь. Руку держит на талии; ни выше, ни ниже. В щеку целует, шепчет на ухо что-то невинное и милое, от чего мурашки по коже. Не парень, а мечта. Только вот проблема в том, что Минхо не всрались его ухаживания и нарочитая вежливость. Ему двадцать один, у него гормоны пляшут и течка скоро. И он клянётся, если Джисон не станет смелее, Минхо выкинет его в окно.

На день рождения Джисону дарят абонемент на обучение верховой езде. Бёдра его инструктора, конечно, мотивируют, но совершенно не облегчают занятия.

Занимаясь совсем не детскими вещами с Минхо в пределах собственной постели, Джисон в самом деле чувствует себя ребёнком, у которого молоко стекает по подбородку. И это сводит с ума, когда омега тянется к нему, чтобы слизать белые капельки с его губ.

— И вообще, где Минхо взял повязку на волосы с двумя нашивками? Типа, он сам её сделал? Это так странно, и бантик, и ушки. Ну, я делаю ставку на то, что сам, потому что материал совсем разный. Уши пушистые сильно, а вот бантик... — Ч-что? — переспросил Феликс. — Ты трогал уши и остался жив? — его глаза поползли на лоб. — А что такого? — не понял Хан. — Это слишком дорогой аксессуар? Ну, я его не испортил, просто потрогал и... — Это не аксессуар, Джисон, это настоящие уши, которыми он слышит.

Минхо всегда хотел попробовать двойное проникновение, и он знал, что Джисон всегда хотел трахнуть Минхо после кого-то или чего-то другого. – Ну что ж, – равнодушно вздохнул Минхо, полностью отпустив Джисона, – я правильно понимаю, что могу просто вернуться и попросить кого-то другого поиграть со мной? Уверен, Чанни-хён не побоится доставить мне удовольствие. Или же Минхо знает, чего он хочет, и Джисон готов ему это дать.

Минхо не собирался подслушивать. Это некрасиво и бестактно. Но Феликс спросил о чём-то слишком важном. — Так вы с Минхо встречаетесь теперь? И уши сами приклеились к двери, ведь ему тоже очень интересно: встречается с ним Джисон в конце концов или что между ними?