Он был мне совершенно неинтересен. Приходил каждый день, флиртовал со всеми подряд и заказывал один и тот же кофе. На меня он не особо обращал внимание, но упорно садился в мою секцию, при этом заигрывая с моей напарницей. Хотя он разговаривал со мной, шутил и был довольно вежлив. Затем я потихоньку привыкла и ждала его прихода каждый день. Я и не заметила, как он начал мне нравиться. Но в один прекрасный день он предложил сходить на свидание... Это ведь хороший знак, да?

«Эти комнаты - именно здесь разворачивались те истории, Эти стены - они шепчут тайны и воспоминания о них, Но эта дверь больше не ведёт нас к той любви». ©

Спутать цифру и послать сообщение не туда... Простая ошибка или судьба?

**Внимание! Ремейк! — Ну же, — слова давались с трудом, но Нацу старался, задавливая в себе все желания, которые еще чуть-чуть — и воплотит в жизнь, — Прогони меня, — и оставил короткий поцелуй на подбородке, неотрывно смотря на соблазнительно приоткрытые губы. Ну же, — повторил он про себя, из последних сил сдерживаясь.

Я смотрю на справочник по драконологии, он смотрит на меня. Искра. Буря. Весеннее обострение.

— Тш-ш, все возмущения потом, — зеленые глаза хитро сверкнули в полумраке заброшенной аудитории, а их владелец довольно осклабился, приближая своё лицо к лицу Хартфилии и обжигая ухо горячим дыханием. — Молись, моя сладкая Люси, молись.

— Конечно, — пробурчал он, — чую я, как от тебя дружбой пахнет. Люси искренне удивилась. — Чего? Нацу насупился и освободил одну руку от объятий, а Люси сдавленно охнула, пискнула и издала ещё какие-то забавные звуки, когда палец Саламандра мазнул по её все ещё мокрой промежности. — Это, — Драгнил поднёс палец в смазке к лицу, отчего волшебница захотела завернуться в одеяло и сгореть со стыда, — уже не афродизиак, Люси. И уж точно не дружба.

— Люси, ты должна лишить девственности Нацу! Сидящая рядом Леви подавилась соком, Мира уронила стакан, а Хартфилия пораженно застыла, не в силах поверить в то, что услышала. Как и вмиг затихшая гильдия. Один только Нацу, вряд ли понимающий всю щепетильность ситуации, воодушевленно прокричал: — Я согласен! — и только все захотели захлопать от такой прыти, как следующее заставило всех в гильдии упасть, а Люси приложиться головой о барную стойку: — А что такое девственность?

Это голодные игры, после которых ты будешь принадлежать только мне...

Он мучается от одиночества, а она страдает от разбитого сердца. Между ними тысяча километров, но, столкнувшись на просторах всемирной Сети, они понимают, что непреодолимому влечению и вспыхнувшему пожару страсти не помеха даже виртуальный мир.

Жизнь в гильдии только-только устроилась после многочисленных событий, как снова случилось непредвиденное. При нападении на гильдию Люси сильно пострадает. Как это произойдет, как будут развиваться события, и что предпримут ее друзья, все это вы узнаете в этой истории. Спасут ли друзья Люси?

Она не думала, что все обернётся так. Никто не думал. Простая простуда обернулась необратимыми последствиями, над которыми никто из них двоих не был властен. Люси поджимала к себе колени, чувствуя уходящую дрожь удовольствия, и старалась на обращать внимания на липкость между бедер и болезненный укус на шее. Все бы ничего, да вот только взглянув на брата, что сам смотрел на нее голодным взглядом, не хотелось думать о последствиях того, что они сотворили.

— Только в качестве эксперимента... — прорычал сквозь зубы Драгнил, обнимая хрупкую девушку за талию. Позволяя ей перекинуть через него одну ногу, тем самым оседлав его бедра. Впервые она так себя ведёт, а это точно стоит того, чтобы временно занять позицию «снизу».

Ведь стоит Драгнилу сейчас раскрыть свои широкие ладони и сердце выпрыгнет прямиком в оковы из мужских пальцев.

Сколько нужно выпить, чтобы перепутать свои тапочки тридцать шестого размера с чужими - сорок второго? Чтобы разбить бутылку оригинального кубинского рома? Или украсть попугая с ресепшена своего отеля? Не знаете? Люси Хартфилия расскажет в красках о своих приключениях не на одну ночь.

Люси обожала Париж. Он был её легкокрылой мечтой, чопорной и немного наивной одновременно, какой и должна быть самая заветная мечта. Или как желание каждого ребёнка встретить живого Санту. Её Сантой стал Нацу.

- Сегодня во сне у меня был секс. - Ты кончила? - Угу. - А кто это был? - Не помню… Вот кого-кого, а этого парня она уж точно помнила!

Люси давно поняла, что к Локи былой любви уже нет. Их чувства остыли именно тогда, когда Хартфилия нуждалась в тепле и уюте. А тут как раз сосед новый появился. Симпатичный, мужественный – мечта любой девушки. Для Люси же он грубый мужлан, с которым всё же очень хорошо коротать вечера за просмотром очередного фильма в компании лёгкого пива, кота и забавного щенка.

Когда соседка по квартире очень не тонко намекнула сходить в церковь посмотреть на красивого священника, нормальный человек задался бы нескромным вопросом об её адекватности. Но Люси, Слава Богу, и сама страдала от ебанутости, поэтому она уже в восемь тридцать четыре села в свою машину и понеслась в другой район Мюнхена, чувствуя, как дух авантюризма захватывает с головой. Если такова судьба, то пусть оно так и будет — на всё воля Божья.

Война приходит не сразу. Сначала — пыль под сапогами, бессонные ночи, чужие руки на ранах и попытки убедить себя, что всё ещё можно исправить. А потом Люси начинает замечать: её магия ломается так же, как ломается она сама. И чем ближе правда, тем сильнее хватается пальцами за жизнь. Пахнет сыростью.