Кун давно заметил, что Баам начал пользоваться духами. Первые были какие-то с запахом цитруса, которые не очень подходили ему по натуре. Тогда Кун задумался, что тому бы больше подошла вишня, какие-нибудь ягоды или ваниль. Но явно не цитрусы. Баам и сам понял, что эти запахи не вяжутся в его повседневную жизнь и решил поискать вариант получше.

— ...Господин Кун, нельзя так говорить! Вас же Бог накажет. Губы Агеро сложились в кривую ухмылку. Он сложил руки на груди и закрыл глаза. — Бог?... Здесь, в башне, — и Бог? Баам, в этом месте.. — он сделал паузу и повернулся к другу, прожигая его глаза своими, ледяными и серьезными, но в то же время теплыми и нежными, когда их взор был направлен на Незаконного. — В этом месте нет ни Бога, ни даже Дьявола. Здесь есть только Король.

До полуночи всего пять минут, и Виоле обнаруживает, что сидит в баре, пытаясь разобраться в том, что кажется чрезмерно сложным испытанием этажа. Боковым зрением он видит незнакомца, который, облокотившись на мраморную стойку, подзывает бармена. — Я буду как обычно, — просто говорит тот, в его тоне слышится веселье, но это выбивает воздух из лёгких Виоле. Этот голос — он знает его.

Кун и Виоле издавна враждуют друг с другом, соревнуются во всём: внешности, успеваемости, популярности. О их взаимной неприязни друг к другу знают как ученики, так и учителя. Однако в какой-то момент что-то пошло не так.

Куну кажется, что он держит в ладонях чашу с горячим жидким золотом, обрамленную по краю каштановым шелком. Сорванный плачущий шепот почти сводит с ума: – Кун, научи... Пожалуйста...

Прошёл очередной год, очередные 365 дней, в течение которых Кун успешно скрывал свои романтические чувства к лучшему другу. И до тех пор, пока Кун будет осторожен, этот год ничем не будет отличаться от предыдущих. Вместо того чтобы пополнять постоянно растущий список тревог проводника, Кун просто будет продолжать делать то, что он всегда делал: быть непоколебимой опорой для Баама, тоскуя по нему на расстоянии.

Кун Агеро — красивый и богатый студент, совершенно равнодушный к девушкам, привязывается к своему другу Бааму, который для него — опора и радость. (Ну, влюбляется, как одержимый). План, слежка, провалы. Он пытается. Пытает узнать, (ему хочется верить), что Баам испытывает такие же чувства. Все рушится, все ломает. Сердце Куна разбивается... А на долго ли?

Одной прекрасной тихой ночью двое парней решили проветриться, поговорить о чем-нибудь и просто насладиться красотой природы в Башне. Да, они определённо хотели насладиться именно ей. Точно не друг другом.

Прозрачная слеза скатилась по щеке и упокоилась где-то на коленях. За ней поспешила вторая. Кун боролся с желанием прижать его к своей груди в ту же секунду, как слеза прикоснулась к столь желанным губам; утешить того любым способом, все равно, если ему придётся лгать; прикоснутся к таким сладким губам. Сейчас юноша с золотистыми глазами казался таким маленьким и одиноким, что не поцеловать его было бы невозможно..

Кун Агеро Агнис давно привык скрывать свои чувства за стенами логики и расчёта. Но смерть Баама перевернула его мир, заставив искать мести и смысла в разрушенных осколках жизни. Когда Баам вернулся, сердце Куна вновь наполнилось надеждой. Однако ночь перед новой разлукой стала для них моментом истины, где слова не могли передать всего, что кипело внутри. Смогут ли они признаться в том, что связывает их, и сохранить это чувство, несмотря на опасности Башни?

Кун понимает, что Бааму всегда нужно всё объяснять, иначе тот может попасть в неловкую или даже опасную ситуацию. Вот о вреде алкоголя он ещё не успел рассказать и на тебе: раскрасневшийся Баам и виноватый Шип Ли Су. Зато в этот вечер Агеро не надо придумывать темы для разговоров, Баам и так задаёт очень много вопросов. Но только как на них отвечать?