Вэй Усянь проверяет созданный для Цзинь Лина талисман родства. Обнаруживается внезапное родство.

Тени обычно есть везде: под ногами, за спиной и впереди; их отбрасывают искусственный свет ламп или фонарей, или солнце, или даже свечи. Их отбрасывают и люди, и дома, и самые разные предметы. Они, как правило, безобидны и представляют собой всего лишь искажённую копию. Но это лишь как правило.

Лань Чжань тайком проникает в Курганы, и это, возможно, помогло, а может, и нет, предотвратить много плохих событий.

Они, незнакомцы друг для друга, стоят перед алтарём, дают клятвы и обмениваются кольцами. Единственное, на что Лань Ванцзи надеется, пока плывёт по ходу церемонии бракосочетания, — это что никто не узнает, что он на самом деле не омега.

Лань Цижэнь вздыхает устало и обреченно, и говорит: — Вэй Усянь, возвращайся в Гусу. После того, как его племянник возвращается из Илина, влюбленный и подавленный, Лань Цижэнь решает взять дело в свои руки.

«Сначала ты получаешь деньги. Потом - власть, уважение - на последнем месте». Вэнь Цин заманивает Вэй Усяня в ловушку в Пещере Усмирения Демона, но Вэй Усянь не хочет поощрять благородную жертву остатков Вэней. Его попытки освободиться случайно возвращают его в начало кампании «Выстрел в Солнце». Вэй Усянь, лишённый золотого ядра, но вооруженный демоническим совершенствованием, знанием будущего и смекалкой, использует эту возможность, чтобы одержать верх в войне и предотвратить её последствия.

Вэнь Цин находит его на крыше дома, где он развалился с кувшином вина в руках. - Вэй Усянь! Что ты там делаешь? Вэй Усянь выпил недостаточно вина, чтобы напиться, не говоря уже о том, чтобы напиться настолько, чтобы его слова были неразборчивыми, но он всё равно произносит их невнятно из-за ностальгии: - Что, если Лань Чжань не влюбится в меня? Или: Вэй Усянь создаёт альтернативную реальность: «Нет войне!», а затем ему приходится в ней жить.

Вселенная, в которой Цзяны не теряли величия, а Вэй Ин остался вице-президентом корпорации Цзян и привлекательным мужчиной, хорошо известным в светском обществе; он вновь воссоединяется с Лань Чжанем, вернувшимся спустя семь лет из-за границы на торжество у семьи Не. Однако в этот раз у Вэй Ина нет ни единой причины соблазнять Лань Чжаня. (Или есть?)

Вэй Ину снятся странные, а часто и кошмарные сны, и он обращается за помощью к психотерапевту, надеясь, что с его помощью станет таким, как все, а не вечно усталой пандой, орущей по ночам

Вэй Ин -- племянник главы клана Вэй и обладает необычным магическим даром, который помогает ему спасти Лань Ванцзи, на жизнь которого покушался неведомый убийца. Вэй Ин моложе Лань Ванцзи на пять лет и немного отличается от канонного.

Лань Ванцзи в годовщину гибели Вэй Ин отправляется на гору Луаньцзан и события принимают несколько неожиданный оборот. ... Приближалась третья годовщина гибели Вэй Ина, и Лань Ванцзи места себе не находил. Тоска опять ела его поедом и даже А-Юань, укутанный живым одеялом из копошащихся кроликов, не мог отвлечь от мрачных мыслей

Лань Ванцзи спешит на другой конец мира, чтобы выполнить важную миссию, а по дороге спасает деву в беде...

Однажды жарким днем Лань Ванцзи покупает бутылку пекинского стекла и его жизнь резко меняется.

Лань Ванцзи встречает Вэй Усянь в Илине и решает поучаствовать в жизни обитателей горы. ... -- Ребенок? Вэй Усянь подбоченился. -- Он мой. Я сам его родил. Он так уверенно это произнес, что Ванцзи ему почти что поверил и у него потемнело в глазах от неожиданного приступа ревности. Как родил --- не суть важно -- Основатель Темного Пути и не на такое способен, а вот от кого?! Кто этот мерзавец -- да Ванцзи его сейчас на мелкие ленточки порежет.

После поцелуя на горе Байфэн Лань Ванцзи измучили его чувства и он приступает к решительным действиям по завоеванию сердца Вэй Ина ... Как он мог так поступить? Воспользоваться своей силой и беспомощным состоянием друга. Вэй Ин не оттолкнул его только потому, что, наверняка, решил, что на его губы покусилась какая-нибудь безнадежно влюбленная в него девица. А дать пинка девушке, да еще такой стеснительной, галантный Вэй Ин никак не смог бы.

За полгода до окончания школы Вэй Усяню в его бедовую голову стукнуло, что он хочет стать стилистом. Нет, не одежду создавать, к ней он был равнодушен, а прически, и чем креативнее, тем лучше.

Фантазия на тему, что случилось с Вэй Ином после падения со скалы. ...Странная апатия охватывает все его существо. Его душа как будто уже отделилась от тела и он видит себя со стороны — тонкая темная фигура над бездной, и упрямый Лань Чжань, тщетно пытающийся отнять его у смерти. Косный, занудный, прекрасный Лань Чжань… единственный, кто остался на его стороне

Вэй Усянь разбогател стараниями волшебной ящерки. И понеслось... — И зачем ты ее приволок? — поинтересовался Цзян Чэн, — она хоть съедобная, или ты на ней опыты проводить собрался? Вэй Усянь негодующе зашипел на него, закрывая ладонью голову ящерицы. — Сам ты съедобный. Я вот сейчас на тебе опыт проведу. Как раз проверю, хорошо ли я освоил гусуланьское заклятие закрытого рта. Цзян Чэн завопил. -- Все ты врешь. Это секретная техника, ею не делятся с посторонними.

Достопочтенный учитель Лань никак не мог смириться с тем, что его драгоценный племянник — венец всех добродетелей — вдруг влюбился, и вдобавок прости Будда, ещё и вознамерился вступить в брак с мужчиной. И не с кем-нибудь, а с несносным Вэй Усянем. Это же просто в голове не укладывается! И не только в голове, а еще и в рамках приличия, правилах клана... А вот тут выходила неувязка. Всеведущие и вездесущие правила помалкивали о таком щекотливом вопросе. Дядя Женя тут злой

Существует легенда: в океанах, то там, то здесь, иногда видят корабль. В одно время на нём нет никого, а в другое — там полно людей. Проблема каждой легенды в том, что все они — выдумка, прошедшая по тысяче уст.