Чон не ушёл. Так и стоял возле сцены. Джин пробрался сквозь толпу к нему. "Эй, тебя околдовали?" "Ага" "Что??" "Что?" "Чонгук, ауууу - Сокджин постучал пальцем по лбу Чона - у тебя там тараканы ебутся в башке? Что с тобой?" "А? Я...Да...Что?" "Ну пиздец. Сходил в клуб - проебал друга..." "Джин, ты это видел? Этот парень. Он такой... Сущий дьявол" "Я ЭТО видел. И нихрена не понял. Ты что, влюбился с первого взгляда, как школьница в айдола?" "Я не влюбился. Я пропал"

Минус на минус дает плюс. Два израненных сердца смогут излечить друг друга или судьба не даст шанса? Можно ли вырастить что-то прекрасное там, где самой жизни нет? Среди боли, смерти и вечной засухи расцветет ли прекрасный цветок, имя которому - Любовь?

Чонгук всегда старался ходить до дома разными путями, но все они, парадокс, всегда вели исключительно к Ким Тэхёну. Будто тот с поразительной точностью выверял и вычислял переулки, куда стоит забиться и дождаться бури в лице Чонгука.

Чонгук и подумать не мог, что омега, которого он затащил в постель — школьник

- Ты - грех. Мой альфа сходит с ума, когда я прикасаюсь к тебе. Я не понимаю, что ты делаешь со мной, маленький. Давай уйдем отсюда? – альфа опускается к шее и начинает размашисто вылизывать. - Я никуда не отпущу тебя от себя. – внутри у омеги рождаются новые вселенные.

«Какой шанс наткнуться на него в приложении для вирта? Да нулевой, блять. Ладно, пофиг.» - думает Чонгук и набирает ответное сообщение. Или история о том, что шанс есть всегда.

Чон сильнее сжимает горло и в этот момент слышит бархатный стон. - Вот оказывается, как. Такой грозный и властный генеральный директор одной из ведущих компаний в стране, возбуждается, когда ему перекрывают кислород и унижают. Очень интересно, - он скалится от предвкушения. - Ну давай поиграем директор...

Всё банально. Всё просто. Всё, как у всех.

- Зайдёшь завтра ко мне? - Нет, Чонгук, не зайду. Я, пожалуй, никогда больше не зайду. Не звони мне и не пиши, огромная просьба, потому что я ебал это дерьмо.

Тэ тогда болтал постоянно, что-то увлечённо рассказывал, активно жестикулируя и акцентируя внимание на каждом втором слове. Чонгук помнит каждую деталь его движений и мимики, но слова вспомнить не может ни одного. Он просто ещё тогда понял, что готов слушать эти бредни — этот голос — всю жизнь.

**au!soulmates, где на теле предназначенных появляются имена друг друга.** Тэхен вообще-то счастлив. По-настоящему счастлив. Он с альфой, которого любит несколько лет. Хоть они с Чонгуком и не истинные, не предназначенные судьбой, не их имена красочно выведены на запястьях друг у друга, но они воистину дорожат своими отношениями. И этого достаточно. Но...

Чонгук считает Тэхена фриком. Он, на самом деле, не так уж неправ.

Чонгук считал, что не способен на серьезные отношения. Тэхен пытался его переубедить.

Никто не говорил Чонгуку, что в женатого мужчину тоже возможно влюбиться. Ведь это — табу. Не то, о чём принято говорить в приличном обществе. Но вот жизнь в одночасье складывается так, что иного выбора просто не остаётся. Да и в месье Кима не влюбиться невозможно. Чонгук врать не станет.

– Я не собираюсь регистрировать наш брак! – Не парься, я, если что, разведу нас.

Чонгук в этой жизни по-настоящему ненавидит только три вещи: пауков, измены и ложь. И, возможно, с последним возникла моральная дилемма, потому что он не может себе объяснить, почему вдруг согласился на свидание с парнем, в которого по уши влюблён его лучший друг.

Тэхён приглашает отметить Рождество вместе, вдали от большого города, но бедный Чонгук никак не ожидает, что праздник пройдёт в компании любимого парня... и его родителей. Или история про не самое лучшее знакомство и самый лучший подарок на рождественскую ночь.

Тэхён, устало усевшись на чемодан, закурил «Ньюпорт» и перевёл раненый взгляд на старый тусклый дом Юнги, в котором они с друзьями провели почти всё детство. Знойное полуденное солнце припекло русую макушку. Тэхён повернул голову назад и ладонью, которой не держал сигарету, прикрыл глаза от ярких лучей. Родные сердцу болота встретили молчанием. За одиннадцать лет в Лэйтон-Бэй ничего не изменилось. Вчера на заднем дворе дома Юнги нашли останки его брата, а сегодня здесь вновь стоит тишина.

— Доктор сказал... — но омега не даёт договорить. — Клал я на то, что доктор сказал, — из последних сил выжимает из себя Ким. — Никакого альфы даже близко рядом со мной не будет! Ты же не успел навести суету и кого-то позвать? — Нет, я нашёл решение лучше. — Да неужели?

Она никогда не была «мамой», он говорил о ней всегда твёрдо — «мать». В этом слове, в его тональности и в том, как он его произносит, и заключалась вся его любовь к ней.