У Чимина есть всё: любящий муж-политик, семейное счастье, миллионы подписчиков и привлекательная внешность. Но за фасадом красивой жизни скрываются постоянный страх и ненависть к себе. Всё меняется, когда Чимина похищает глава мафиозного клана Ким Намджун, и в новом доме Чимин получает совсем не то, что ожидал найти: уважение, тепло и комфорт.

В надежде на новогоднее чудо Намджун решается на безумный поступок во имя любви: под покровом ночи он пробирается в селение людей и крадёт уток для омеги, в которого он безответно влюблён.

У Намджуна строгий офисный костюм, милые носки с корабликами и пара прекрасных сыновей на заднем сидении автомобиля. У Тэхёна пряный запах вишни, искалеченная душа и сильный отцовский инстинкт, рвущийся наружу.

Dom/Sub AU!, в которой Юнги - сабмиссив с некоторыми проблемами, а Намджун - его лучший друг. А ещё Намджун - доминант, и это тоже проблема.

Однажды, в далёкие девяностые годы, к молодому омеге подбежал мальчик, когда тот находился на площади, он вцепился ему в ноги и назвал его папой. Кто же знал, что эта встреча изменит жизнь омеги навсегда.

— Господин Намджун, господин Хосок, а как же Вы? Вы вернетесь домой без омег?— вождь нахмурился. Альфы улыбнулись, надевая на себя свежие чистые рубашки, которые им принесли беты. — Ничего страшного. Повезёт в следующий раз.

– Ты вовеки веков мой. Пусть хранит тебя моя драконья чешуя, – нежно улыбнулся дракон, наклоняясь к шее своего наречённого омеги и ставя метку. Отныне они принадлежат друг другу.

Намджун на мгновение замер, смотря на сцепившихся омег, в особенности на своего омегу. Последний, рыча сквозь зубы, царапал чужое тело, едва ли не перекидываясь в волка. Минсок визжал, цепляясь за голову, из которой клок за клоком вырывались волосы. Намджун схватил Джина за плечо и потянул на себя, но омега резко развернулся и царапнул его по щеке, глядя безумными глазами. ..

Сокджин попадает в мир, где правят эльфы. Их Император жесток, но сможет ли милый омега из двадцать первого века растопить его сердце?

au в котором ведьма чимин решает совершить обряд на ивана купала, пустив по реке заговоренный на суженого венок. каково же было его удивление, когда через час он увидел на своем крыльце жалкие ошметки, оставшиеся от его ворожбы, и мокрую морду наглого волка в придачу.

Девятилетний сын Чимина сплошь пропитан мечтой о собственной собаке, а Намджун является ее счастливым обладателем. au, в котором оба чуют этот запах романтики и будто подростковой взаимной симпатии, несмотря на их уже далекий от юношества возраст.

Оборотни столетиями населяли Землю, они верили, что их род происходит от Великой Богини-матери, волчицы-прародительницы. Во многих стаях в честь неё устраивались праздники, шаманы воспевали молитвы и обрядовые песни. Чимин и Намджун жили в одной из таких общин, они были молоды и собирались пожениться, пока очередной праздник не был омрачён нежеланным знанием о будущем одного из них, навсегда изменившим их жизни.

Кривой дорожкой из норы тянутся лисьи следы, но снег под этими следами маре́новый, такой, каким был вчерашний закат.

Спасти человеческого омегу — безумство. Спасти человеческого омегу, беременного от другого человека — ещё большее безумство. Но Намджуну нечего терять.

Чимин никогда не задумывался, почему кажется невъебически-привлекательным всем посетителям стриптиз-клуба «After hours». До встречи с ними… Первыми оборотнями в его жизни.

Все в стае Намджуна предупреждали его, что связываться с оборотнем другого вида – плохая идея. Он верил, откладывал советы на потом, но продолжал упорно сбегать в людскую деревню за одним омегой с лисьими лапами.

Они нелюди. Говорят, что они как твари живут в норах и питаются свежей кровью и плотью. Альфы рвут и терзают друг друга, чтобы победитель спарился с очередным омегой на глазах у всего их ублюдочного потомства. У них нет дома, нет семьи, нет святынь. Они хуже зверей. Они – оборотни. И помни, хорошенько запомни, Чимин: если встретишь одного из них – никогда не смотри ему в глаза, в них ты не увидишь ни сострадания, ни жалости.

— Одиночка,— недовольно проговорил Намджун и вздохнул. — Уже в который раз приходит сюда и охотится. Джин огляделся по сторонам, чувствуя, что на него кто-то смотрит. — Это запрещено? — Я подрался с ним в прошлое полнолуние, потому что он явился в нашу деревню в разгар гона, — ответил альфа. — Наши омеги безумно боятся его. Сокджин замер. — Значит, ты пришёл за мной поэтому? Боялся, что он заявится ко мне?

Даже если чувства со временем становятся более тусклыми, ничто не мешает снова их раскрасить и вспомнить о том, что нет никого дороже.

Сокджин ненавидел устои стаи. Альфы в своей важности и значимости настолько обнаглели, что превратились в жирных и ленивых собак, а омеги не имели права голоса, но тянули весь быт деревни. Джин был уверен, что это закончится плохо, но был всего лишь омегой, не сумевшим даже от навязанной свадьбы с вожаком отбиться, и принял свою судьбу стараясь хоть немного облегчить жизнь другим омегам стаи. Но когда на деревню напали, то он не медлил, спасая омег и щенков, уводя далеко в леса, к новой жизни