Верхнекамские зимы стали для Артёма особенно тёплыми с тех пор, как в его жизни появился Витя. Сможет ли он найти путь к его загадочной душе прилежного кадета-спортсмена и ответить для себя на самый главный вопрос - "неужели в наших уродливых панельных лабиринтах можно испытать нечто настолько прекрасное?" Основано на реальных событиях. 📚📕 Есть продолжение - «Пока, заяц» https://ficbook.net/readfic/13207922

Рома вообще до недавнего времени считал себя гомофобом. Жил себе и не знал, во что выльется разговор за барной стойкой. Жил себе и не представлял, что уже через месяц коллекция его воспоминаний пополнится самым счастливым днем в жизни и днем, когда ему разбили сердце.

...как среди путей трамвайных открывались, закрывались удивительные тайны.

Прав был Кир, когда отказывался обжиматься, предварительно маниакально не проверив, заперты ли все двери, или "Привет, пап, это именно то, о чем ты думаешь".

которого никто никогда не любил.

Не младший брат твоей якобы подружки, которого нужно оберегать, не трепетная барышня в шелках и клубах пудровой пыли. Не девчонка. Тебе ясно, Жнецов?

- Это твоя сестра, - так же, как я, на грани слышимости сообщает, перекатившись на бок. - Написала, что яйца мне оторвет, если я попробую забраться в твою кровать. - А ты попробуешь?

Когда тебя начинает донимать извращенец, есть ли шанс, что им окажется парень, по которому ты сохнешь с восьмого класса?

Тим сполз по сте­не. Сер­дце дро­жало и ос­та­нав­ли­валось. Он всег­да до ужа­са бо­ял­ся фи­зичес­кой бо­ли и он хо­тел, что­бы Са­ша сам вы­бил свой об­раз из его го­ловы. «От люб­ви до не­навис­ти один шаг, и этот шаг - боль», - ре­шил Тим, уто­пая тогда в ар­кти­чес­ком хо­лоде его глаз. Не выш­ло - лишь гу­бы кро­вото­чили силь­нее, а в го­лове буд­то рой пчел ожил. На гла­за на­вер­ну­лись сле­зы. Тим закрыл голову руками, погружаясь в тишину собственных мыслей. Не сработало.

Встретились как-то влюбчивый неловкий парень и острый на язык циник, мало смысливший в отношениях между людьми. И обоих звали Серёжа.

Владик терпеть его не мог. Презирал. Почти ненавидел. И при этом, испытывая странное, незнакомое стыдное чувство, всё никак не мог отвести от него глаз. И ненавидел ещё больше.// разница в возрасте, врачи, наставник и ученик, латентная гомосексуальность //

Юра метался по локации, херачил всё, что попадалось на пути: мобов, ботов, нубов. В чат сыпались угрозы и оскорбления. Нубы тащили папок — их Юра пиздил тоже. Потом припёрся главный папка. Главная прокурорская задница. Юра был почти счастлив — вот кто сейчас огребёт по полной.

Это было что-то совершенно новое. За те два года, что Ник жил в той антисанитарной дыре, что по ошибке считалась общагой их вуза, охранники сменялись уже не первый раз, но все время это были мужики, которым было в лучшем случае за пятьдесят. Отношение к ним зависело исключительно от того, пускали они ночью покурить или нет. Но в этот раз все было иначе: пост занял их ровесник. Хотя Нику все равно не было до него никакого дела. Или все же было?

Что делать, когда понимаешь, что испытываешь влечение к лучшему другу? И как разобраться, виноваты ли в этом разыгравшиеся гормоны пубертата или же здесь замешано нечто большее?

Все в нашем и соседних районах знают Раму. Точнее, все знают, что если видишь Раму, вести себя надо тихо, вежливо, а лучше вообще сразу перейти дорогу и ухуярить от него подальше. Только вот после очередной вписки две недели назад Рама начал на меня странно коситься. Я всё пытаюсь понять причину, да нихуя не помню: на той вписке я нажрался и проснулся на диване в чьей-то комнате весь в засосах.

Влад ведь всегда думал, что если уж и полюбит кого-то, то, наверное, человека такого же склада ума и характера, как он сам. И никогда не верил в эту идиотскую поговорку: «Любовь зла, полюбишь и козла». Козла-то, может, и не полюбишь, а вот Славика – еще как.

Семнадцатилетний Артур по прозвищу «Красный» — убежденный расист, ярый агрессор и увязший в долгах скинхед из бедных спальных районов города. Во время одного из групповых нападений на нерусских он встречает Вальтера — сына влиятельного еврейского политика. Артур встает на ступень между неожиданным влечением к Вале и принципами его ребят. К чему приводит такая запретная любовь?

Можно всю жизнь протянуть, лелея бестолковую несбыточную мечту. А можно...