Для Майкла Райана быть омегой значило никогда не быть рядом с любимым альфой. Другое дело выдать себя за альфу и быть рядом с Итаном О'Коннором чуть ли ни круглые сутки. Быть его лучшим другом, его правой рукой, его партнером по теннису. Быть ему важным и нужным. Находиться очень близко! Но в то же время, никогда не стать ближе. Не преодолеть расстояние дружбы. Не превозмочь стен собственного обмана. И, видя любимого в объятиях другого, лишь молча смотреть.

Ёнджун слышал сотни, тысячи, миллионы раз: оборотни хотят уничтожить человеческую расу. Он не верил этому до тех пор, пока весь его город не стерли с лица земли.

Проснувшись в металлическом гробу глубоко под чавкающей землей, Чонвон тут же понял: он изменился. Воздух уже давно должен был закончиться, но Чонвон сильнее прижимал ко рту край окровавленной толстовки. Внутри металлической коробки ничего не было, кроме тишины и темноты. Чонвон потратил несколько часов, чтобы найти самые маленькие трещины. Первый удар кулаком немного выгнул толстый лист. От второго разорвался металл. Теперь, восстав из собственной могилы, Чонвон мог назваться вампиром.

Джей ведет дневник о своих буднях в группе

Все знали, кто такой Ёнджун: идеальный альфа. Все, включая Чхве Субина, ошибались.

— Никто по-настоящему меня не понимает... кроме Чанбина! — сказал Чан, игриво ударяя вышеупомянутого Чанбина. Эта фраза больно ужалила. Минхо физически ощутил, как в его горле образовался комок, как только эти слова, между смешками, слетели с губ старшего. Смешками. Чан счастлив. Счастлив с кем-то другим, но не с ним.

Минхо встретил своего лучшего друга, когда ему было семь. Влюбился в своего лучшего друга, когда ему было тринадцать. И сох по нему долгие годы.

Минхо пришлось переехать к Бан Чану, сыну друзей его родителей, настоящему джентльмену, примеру для подражания для многих. Он уже начал думать про скукоту, живя с этим занудой. Но не тут-то был. Чан оказался тем ещё двуличным человеком.

Феликс всегда считал себя хорошим другом и примерным омегой. И этой весной, ему стало глобоко плевать на то, что примерные омеги не должны целовать других омег.

Они дружат уже много лет. Одна пьяная ошибка и внезапная течка привели к незапланированной беременности, которая не должна была испортить их дружбу. Чан боролся с беременностью Минхо — держал себя под контролем. До сих пор ему это удавалось. Когда он возвращается домой и находит вместо привычного Минхо нетерпеливого омегу на своей кровати, сдерживать себя становится невозможно. Он не настолько сильный человек. — Чан-и, — говорит робко Минхо, — альфа, пожалуйста.

В день своего совершеннолетия вместо парня и долгожданных отношений Минхо получает только отказ в весьма жесткой форме. И все же не теряет надежды обрести взаимность...странным путем. Что будет, если совершенно наивный и телом и душой студент попросит Чана, звезду стриптиз-шоу лучшего в городе гей-клуба, стать его учителем в вопросах сексуального воспитания, а тот смеха ради согласится?

Нет, говорит Минхо, категорически отказываясь трахаться со своим лидером по просьбе последнего. Нет, повторяет он, когда Кристофер смотрит на него и даёт неделю на подумать. Нет, пытается сказать Минхо, когда насаживается на чужой член, а вместо этого выдыхает «блядь» и впивается пальцами в широкие плечи.

Он изнурён после одиночных съёмок, после ослепляющих софитов и вспышек камер, сложной хореографии и людей, беспрерывно крутящихся вокруг него одного — он хотел прийти домой и разделить свою усталость с кем-то. Мысль о том, что ему придётся лежать в своей постели одному, а компанию составит лишь пожирающая изнутри тревога, послала мурашки по его спине. Он хотел... Чанбина рядом? События после съёмок Хёнджина для AOTM.

В мире, где преступление раскрывается до его совершения, а ложь всплывает раньше, чем получается её озвучить, главную роль играет разум.

Виски пульсируют от нарастающего давления, и в ушах слышно лишь шум собственной крови, но Минхо не сдаётся. Никогда не сдавался. Облизывая пересохшие губы, он вглядывается в темноту и пытается вслушаться. Дикий зверь где-то близко. Но всё вокруг будто против одного несчастного омеги, и луна скрывается за облаком, забирая свой лёгкий серебристый свет. Минхо сглатывает и натягивает туже лук. Простой добычей он не станет. Ночь темна и полна ужасов.

Минхо отшатнулся, упав, и поспешил встать. Но как только он сделал шаг, сзади на него напрыгнул Чан, придавливая своей рычащей тушей к полу. Омега позорно вскрикнул, впиваясь пальцами в шероховатый ковёр. Он чувствовал широченную грудь своей спиной, и как огромный барс тяжело и шумно дышал ему в затылок, заставляя волосы встать дыбом, а чёрно-белые уши испуганно прижаться к голове. Они замерли на полу, как два больших кота перед дракой. Только не перед дракой.

Каково это - жить под одной крышей со старшим братом, которого ненавидишь всей душой? Каждый день Алекса - это поле боя, но что, если за всей этой ненавистью скрывается нечто иное?

Конечно, Сынмин знает, что не вписывается. В конце концов, он единственный бета в группе, поэтому понимает, почему не пользуется популярностью у альф и омег своей стаи. У него не самый привлекательный запах, ведь он бета. И возможно, он не такой талантливый, как остальные, не такой яркий и красивый. Сынмин, скорее… обычный. Простой, скучный, серьёзный. Одинокий.

- Ликси, ты что-то хотел? - обеспокоенно спросил Минхо. - Тебя, хëн, я хочу тебя, - потирая носом о шею прошептал младший.

Минхо всем своим нутром уверен, что лучше всех трахаются именно те самые мальчики-отличники, которые стеснительно улыбаются и протягивают домашку, чтобы ты списал. И вот Чан, сидящий за задней партой и повторяющий домашку, всё никак не давал покоя Минхо. — А правда, что ты хорош в постели? — произносит Ли, смотря на Банчана. В ответ тот улыбается, снимая очки.