Се Лянь потерял своих родителей, свою страну, свой статус в армии... а теперь и свое достоинство. Попав в плен и будучи подаренным королю Уюна, он вынужден работать танцором в чужом дворце. Однако не сразу Се Лянь привлекает внимание короля, только когда его застают за обучением детей ведению боя.

Жил да был как-то один Мусорный Бог. Мусорный Бог, которому, благодаря его удаче, «посчастливилось» привлечь внимание Князя Демонов в красных одеждах. Но в этом нет совершенно ничего(?) хорошего...

Пройдут сотни и тысячи лет, но мы обязательно встретимся вновь.

Казалось бы, обыкновенный день в Небесной Столице. Но у всех — и у людей, и у божеств — есть свой день рождения, который они с радостью готовы отпраздновать за бокалом вина в компании близких. Только вот помнит ли Его Высочество Цзюнь У о своём дне рождении? Или он вновь забыл, что помимо работы существует время для отдыха?

"Ты сотворил слишком много бед, поэтому надеюсь твои крылья почернеют. Сгниют, как и ты сам" - каждый раз думает Мэй, когда Цзюнь У снова плещет рассказы о морали.

Жизнеописание Его Высочества принца Уюн, последовательное изложение появления, развития и исчезновения Безликого Бая как части личности, скитания Мэй Няньцина и его влияние на мотивы и поступки принца.

История о классе небожителей. В нем присутствует : юмор , романтика и вдохновение автора. История написана по " Последний год , Живём один раз ". Приятного прочтения.

Зарисовки сделаны по некогда моей фантазие и представление отношений ЦзюньМэев до или после вознесения принца Уюна.

Мужчина никак не хотел верить, что попал в роман. "Ну что за бред, – думал он, впервые открыв глаза в новом обличии, – Похоже, вчерашнее пиво было лишним, пора завязывать с алкоголем. Теперь осознанные сны снятся. Надеюсь, это не кончится сонным параличом". Но это оказался не сон. И теперь попаданцу в роли советника Мэй Няньцина придется учить юного Се Ляня, стараться ладить с Му Цином, перевоспитывать (по крайней мере пытаться) Ци Жуна и... канонично бегать от небесного императора.

Канун Нового Года, Цзюнь У отправляется за поисками идеального подарка для Мэй Няньцина. Как впрочем и сам жрец.

Стол для подношений был необычно полон. Но что, если это всё — злая шутка давнего знакомого?

Ятаган переворачивать ножницы остриями к себе и со всей силы втыкает их в один из своих глаз. Ножницы вновь падают на пол, вместе с крупными каплями крови, которые ручейком стекают по побледневшей щеке. Эмин хватается на истекающий глаз, начиная громко и истошно кричать от боли и метаться по всему кабинету, заливая кровью все на своем пути. Жое же сидит не подвижно, словно его парализовало. Он не мог издать ни звука. Он сидел на полу, сильнее вжимаясь в дверь и тресься от страха.

Ши Циньсюань: -А что так тихо?😢 Му Цин: -Иди нахуй

Школьное Ау, в котором на уроке литературы в седьмом классе, где учились Эмин и Жое, Линвэнь рассказывает одну историю о запретной, но в то же время свободной любви Князя Демонов к Божеству.

Эмин и Жое не близки. Они не друзья. Максимум — приятели. Но Жое почему-то считает, что с таким раскладом они могут переспать.

Мало кто может пройти мимо уличного котёнка который жалобно мяукает в надежде найти хоть крошку еды. Вот и наши герои не смогли. Милая зарисовочка как я вижу отношения Эмина и Жое

Жо Е и Эмин. Когда они только познакомились, на их взаимоотношениях уже был положен крест. Но неожиданно в их жизни появляются непредвиденные обстоятельства, в итоге которых узнаётся, что их родители влюблены друг в друга, но они никак не могут признаться в своих чувствах. Прекрасно понимая как страдают из-за этого их родители, Белоснежка и Кусачка решаются взять ситуацию в свои руки и объявить перемирие на время проведения специальной операции " Шпале нужна рельса. "

он был всего лишь красивой куклой за витриной которой восхищались все , в том числе и маленький ребёнок что глядел на него с изумлением и вечным бормотанием -когда нибудь...я заберу тебя к себе..

Что же может случиться , если однажды сильная альфа Эмин захочет превратить своего маленького омежку Жое в то, чего он так страстно желает всем нутром…

Под качающий бит, орущий из колонок разъёбанной мазды, двигался весь пляж на берегу Чёрного моря. Людей, почти незнакомых друг с другом, не волновало ничего: ни твёрдая и скользкая галька под ногами вместо мягкого песка, ни едва нагретая вода, ни отсутствие каких-либо удобств, к которым так привыкли на обычных пляжах.