Джейс исключительно восприимчив к похвалам. Виктор находит этот факт любопытным.

Джейс постоянно прикасается к Виктору. Виктор со всей тщательностью коллекционирует все прикосновения, которые даёт ему Джейс.

После очередного успеха в работе Джейс в порыве чувств целует Виктора. Это случается несколько раз. Наконец Виктор не выдерживает и целует первым.

По правде, Виктор не думал, что сможет увидеть его снова. Даже не просто снова, а таким — юным, смешным и глупо-влюблённым. Джейс сидел прямо перед ним, можно было протянуть руку и коснуться, проверить; Виктор долго не думает — тянется и касается; кожа Джейса под пальцами горячая — теплота лениво проскальзывает под оболочку его нового тела, едва ощутимо, но Виктор цепляется и за это

Джейс страдает, мерзнет и голодает в ущелье постапокалиптического мира. Он глядит в пламя костра и думает, что сходит с ума. Иногда он чувствует на себе чей-то взгляд. Иногда ему чудится таинственная фигура в капюшоне, что стоит где-то там, в глубине пещеры, и жутко безмолвно на него пялится. Однажды ночью рот Джейсу зажимает чья-то рука, и измененный магией голос шепчет на ухо: "Прости, не могу больше... Смотреть на тебя издалека и не сметь прикоснуться. Это выше моих сил".

Джейса и Виктора засосало внутрь кристалла с руной. Они оказались в идиллическим микромирке, обреченные на сосуществование друг с другом. Виктор все еще не верит, что его могут просто любить, и считает, что Джейс ни за что бы не выбрал добровольное вечное прозябание с ним вместе. Больше всего Виктор боится показать Джейсу истинную природу своих чувств, ведь тогда Джейс его возненавидит, и они точно испортят друг другу жизнь в этой прекрасной утопии.

Джейс не мог уснуть. С того самого момента, как это случилось, он просыпался из-за пропитанных кровью, страхом и сожалением кошмаров. И все же именно страх удерживал его от стука в дверь. От того, чтобы сделать что-то большее, чем просто задержаться босоногим призраком у двери партнера.

— Джейс, мне холодно, — раздалось тихое, удивлённое. Виктор сидел на полу обнажённый, чуть подрагивая, и смотрел потерянно, непонимающе, так, как никогда раньше. Вдруг он обхватил себя за бледные плечи и…постойте-ка, бледные плечи?

– Виктор, что ты… – Джейс не успевает договорить, перед глазами буквально мокрый Виктор, что сидит на его коленях и улыбается. – Я могу сидеть так, и мне не больно, – блаженный выдох сопровождается неудачным движением рук, из-за чего в стороне что-то громко взрывается с ослепляющей вспышкой. Они одновременно поворачиваются туда и хмурятся. Как работает это чёртово пространство, куда они попали, у них нет понимания.