Цинхуа продолжает писать даже в другом мире. Один раз, идя до книжного магазинчика, в котором продавались его работы, в толпе он уловил какую-то странную фигуру того, кто точно не должен был находиться сейчас здесь

Небесные Демоны не влюбляются так легко, как может показаться, но иногда это просто случается.

Система заставляет Шан Цинхуа выбирать между предательством Мобэй-цзюня (верный смертный приговор) и союзом с сильным демоном. Плохая новость заключается в том, что Ло Бинхэ ещё даже не побывал в Бездне, поэтому самый сильный демон в ПГБД пока недоступен. Хорошая новость заключается в том, что он вроде как отыскал Тяньлань-цзюня в ловушке под горой, так что теперь он нашел самого сильного демона, о котором не написал в ПГБД.

Ох, Шан Цинхуа совсем не думал должно, когда настойчиво посмотрел в глаза Императору Демонов, и почти приказал ему: — Ты должен мне сына! — как будто он обиженный муж, желающий наследника, или ростовщик из сказок, что в качестве платы берёт первенцев. И это совершенно не то, что он хотел сказать.

У миража золотые глаза и красивая улыбка, когда он впервые видит его лицо.

Тяньлан-цзюнь вернулся к посту императора, но это только пол беды. Он узнал, что у Мобей-цзюня есть слуга - человек, в добавок очень интересный. А вот это уже может вызвать проблемы

Иногда Шан Цинхуа слишком много думает. Зачастую ещё и о Шэнь Цинцю.

【Поздравляем! Шкала удачи пользователя номер один временно составляет 90%】 — На сколько временно? — уточнил Цинхуа, прикидывая хватит ли этих процентов, их всё же не сто. 【До конца выполнения миссии «найти лекарство для Шэнь Цинцю». Система отправила запрос. Хотите принять миссию? 】 Что за глупый вопрос? Конечно же он хотел. Шан Цинхуа вновь уставился на кнопочку «да», пока та не загорелась зелёным и не исчезла.

Цинхуа - домашний хомяк, очень тактильный хомяк, который частенько кого-то касается, часто неосознанно

Автор пути Гордого Бессмертного Демона перерождается в своем собственном романе, в роли жалкого будущего предателя Шан Цинхуа. Не желая прожить такую же ничтожную жизнь во второй раз, он взламывает Систему и начинает свой путь свободы.

— Полагаю, мне никогда не удастся узнать, откуда ты это знаешь. — Нет, — честно отвечает Шан Цинхуа.

Сборник драбблов и AU о Шан Цинхуа и людях вокруг него. (В основном джен, есть слэш).

Цинхуа после написания Пути Гордого Бессмертного Демона идет на кухню... И видит там Ло Бинхэ, спокойно попивающего кофе. Его вчерашний недопитый кофе.

Эмоции демонов были сильнее, чем у людей. Если ты дашь им добро — они вернут его в десять раз; если ты покажешь им зло — они увеличат его в сто раз. Конечно, если ты будешь добр к богу, то он даст тебе в тысячу раз больше; если же ты будешь зол к нему — это вернётся в десять тысяч раз сильнее.

— Что же, шицзе, поздравляю, — говорит Му Цинфан, убирая руки от чужого живота, — ты беременна. Шан Цинхуа, как он и ожидал, не выглядит радостной. — Блядство, — стонет она, вытаскивая подушку из-под головы и пряча в ней лицо, чтобы прокричаться.

5 раз Шан Цинхуа пел, и мир замирал, и один раз это привело к катастрофе. (Или: когда Шан Цинхуа писал этот мир, то он слушал музыку; вполне логично, что мир будет считать его пение этих песен колыбельными.)

Шан Ди, ныне Шан Цинхуа, старается быть добрее ко всем людям рядом с ним. К сожалению, кажется, он только заставляет хотеть их убить его. (Или: Самолёт, Стреляющий в Небо, создал этот мир, вполне логично, что его создания любят его.)

Тяньлан-цзюнь пытается разглядеть того, кто говорит и не может увидеть ничего, кроме темноты пещеры.

План прост: трахнуться с Императором Демонов, родить сына, выжить. Что может пойти не так, ха? (Или: Самолёт, Стреляющий в Небо, рождается, как Су Сиянь, и у него нет намерений умирать в этой жизни.)

Шан Цинхуа уже думает, что это излишне дорогой секс, и ему стоило пойти в бордель; а что, вдруг бы встретил Шэнь-шисюна, поболтали бы, хах! Лю-шиди какая-то слишком дорогая проститутка.