— Хочешь чтобы на тебя смотрели так же? Почувствовать себя любимым и кому-то нужным? Когда-то, Кевин Дэй подарил отчаявшемуся, никому не нужному подростку надежду. Он и запах его клюшки всегда было рядом, держа его когда он стоял на грани пропасти. А потом даже он испарился и весь хрупкий мир Жана Моро, который он так тщательно выстраивал, окончательно полетел в бездну. Дэй снова ему солгал.

— Если действительно существует бесконечно много параллельных вселенных, как думаешь, в скольких из них мы с тобой вместе? — Кевин задаёт вопрос, переводя взгляд со звездного неба на Жана. Его голос слегка дрожит, хотя они вместе уже так давно, что давно пора бы привыкнуть. Жан берет его за руку, сжимает его пальцы в своих и, не раздумывая ни секунды, отвечает: — В каждой. Мы с тобой вместе в любой из вселенных, Кев.

Новый сосед Кевина по квартире, Жан, просто паразит: он ворчлив, язвителен, постоянно трахается с самыми громкими людьми, которых только может найти, только чтобы выбесить Кевина. Но когда Элисон, девушка, в которую Кевин был влюблён пару лет назад, публично заявляет, что он непригоден для свиданий, Кевин твердо намерен доказать ей, что она ошибается, и заставить её пригласить его на свидание. Но есть небольшая проблема: он не умеет флиртовать. К счастью, Жан предлагает свою помощь.

— Я хочу. Попробовать, — упрямо отвечает Жан. — Ты не виноват, Кевин, — он вдруг берет ладони Кевина в свои и целует его длинные пальцы. — Ты мне очень помогаешь. Все нормально. Я в порядке. Я же знаю, что ты тоже этого хочешь. Хочешь ведь? — Я готов ждать столько, сколько будет нужно, — отвечает Кевин спустя минуту молчания, и Жан обнимает его за шею, притягивая к себе. Кевин ложится на его грудь. Близко. Чувственно. Лучше секса, если честно. Но иногда и правда хочется ещё ближе.

Жан находился в Южной Калифорнии всего полгода, но изменился до неузнаваемости. За зиму загореть было трудно, но кожа Жана уже не была настолько пугающе бледной. Шрамы бросались в глаза, но не было ран и сине-багровых пятен. Его взгляд был скорее равнодушным, но отнюдь не таким безжизненным, и в нём давно не было ненависти. Кевин был готов услышать от него все что угодно, но по-настоящему хотел только одного — правды. Хотел узнать, что Жан чувствует на самом деле.

Жан не знает, любит он его или ненавидит. Любит — ночью, когда никого больше нет вокруг, а Кевин — рядом; любит, когда Кевин помогает пройти через боль и целует в висок. И ненавидит — когда вспоминает о цифрах на их скулах, когда видит, как Кевин почти облизывает ботинки Рико, когда замечает, насколько Кевину на всех плевать — в том числе на Жана, — если речь заходит о первенстве и желании стать лучшим. И Жан не уверен, что готов его понять, но без Кевина он уже просто не может жить.

Кевин бросает молниеносный взгляд на часы над двойной входной дверью, — резкий свет красных цифр рассеивает тень в помещении, — а после снова смотрит на Жана. — Тринадцать минут. // или: Жан и Кевин находят применение пустой раздевалке после тренировки.

Жан работает в этом дурацком океанариуме, куда его устроил сосед по квартире, когда странный (но привлекательный) мужчина вдруг подходит к его столу и спрашивает о медузах. То, что Жан поначалу воспринимает как единичный случай, превращается в еженедельную привычку, потому что этот мужчина возвращается из раза в раз, спрашивая о различных морских обитателях. С каждым его появлением Жан чувствует, как в нем в равной степени растут раздражение, недоумение, смущение и интерес.

AU, где Жан — студент по обмену из Франции, который приезжает на семестр учёбы в США и в университете знакомится с Кевином. Сначала то, что происходит между ними, похоже на быстрый и несерьезный роман, но, кажется, к концу семестра они влюбляются по-настоящему.

Это всегда был Жан, и ни в одном из сценариев — Кевин.