Драко Малфой после войны и оправдания Визенгамотом возвращается на восьмой курс обучения в Хогвартс. Все бы ничего, но каково его изумление, когда он видит, что национальный герой Гарри Джеймс Поттер прибывает на вокзал Кингс-Кросс... с маленьким ребенком.

На восьмом послевоенном курсе Драко заметил, что Гарри ведет себя как-то... неправильно. В некогда ярких изумрудных глазах поселилась тоска, боль и безжизненность, они потухли и потеряли былой свет. Наблюдая за ним и подмечая его странное поведение, в своих тревогах Драко убеждается все больше, и в один из дней находит Гарри на Астрономической башне, готовящимся спрыгнуть. Рассказ о разговоре в одну из ночей на Астрономической башне.

Драко Малфой хочет узнать больше информации о жизни Гарри Поттера в мире магглов, чтобы использовать ее для унижения гриффиндорца, и с этой целью под оборотным зельем, притворившись Мальчиком-который-выжил, приезжает на рождественские каникулы к Дурслям. Только вот информация, которую он узнал, оказывается, мягко говоря, шокирующей.

В том, что Гарри Поттер стоял в кабинете выжившего профессора Снейпа в возрасте шести лет, и вправду была прямая вина Драко Малфоя. И он знал, что за свои поступки нужно отвечать.

[Немагическое AU.] Гарри Поттер – подающий большие надежды новичок в хоккейной команде. Команда неплохая, тренер отличный. Всё бы хорошо, но родное пространство льда приходится делить с ненавистными фигуристами, и это значит только одно: проблемы. А уж если один из фигуристов – Драко Малфой…

Пусть Гарри Поттеру уже 30 лет, но он продолжает попадать в неприятности. Именно на его голову должно было упасть зелье, которое превратило Гарри в одиннадцатилетнего ребенка. Драко Малфой вынужден помочь ему. В итоге все оказывается совсем не так просто.

Все дороги ведут к бывшему врагу - особенно, если твой маленький сын внезапно для тебя вырастает его самым преданным поклонником.

У шестилетней дочери Гарри и Джинни ничего не болит, но она потихоньку угасает, как маленькая героиня рассказа Куприна "Слон". Целители разводят руками, а девочка между тем теряет аппетит и почти не встаёт с постели. Единственное, что заставляет глаза малышки сиять от радости - это драконы.

После каждого пойманного снитча Ловец совершал неспешный круг почёта - это было чем-то вроде ритуала, - и за этот круг отвечал на вопросы комментатора. Один вопрос всегда оставался неизменным: «Мистер Малфой, кому Вы посвящаете эту победу?». Неизменным оставался и туманный ответ Малфоя: он, растрёпанный, взмокший и разгорячённый, улыбался в глазок колдокамеры и говорил: «Тому, кто научил меня за неё сражаться».

Драко поставил фиал на стол, бросая взгляд в черную ночь. Тело тут же прошила дрожь, а голову наполнили непрошенные воспоминания, что так и подмывали его выпить яд в это же мгновение. Малфой встряхнул головой, прогоняя навязчивые мысли прочь. Ещё рано. Драко думал о том, что это его последняя осень. Последняя осень Драко Малфоя.

На шестом курсе Гарри так и не оставляет попытку узнать, какую тайну скрывает Драко Малфой, и однажды Карта Мародеров приводит его к знакомому зеркалу. Гарри предстоит узнать, что видит его "заклятый враг" в отражении.

Главный Аврор Гарри Поттер, сорванный с места очередным сигналом тревоги, в спешке забыл выключить ноутбук. Кто же знал, что за время его отсутствия в его кабинете появится Драко Малфой и внезапно заинтересуется странной магловской вещицей на столе...

День Драко Малфоя начинался на редкость удачно: идеально уложенная прическа, новая элегантная мантия, в совершенстве поставленная перед зеркалом надменная ухмылка, вкусный ягодный пирог на завтрак, тот же пирог на лице одного из гриффиндорцев, и, казалось, ничто не могло омрачить этот чудесный майский день, если бы не чертов Рон Уизли, который назвал его трусом при своём всемогущем дружке, потрясающем Гарри Поттере!

Амбиции, достижения, ощущение своего весьма достойного, кстати сказать, места в мире, рутина и размеренное движение вперёд. Жизнь полна и важных, и приятных моментов и стабильна настолько, что кажется уже ничто на свете не сможет её изменить. А потом в одну из палат доставляют Гарри Поттера и ничего уже не может оставаться прежним. Как он это делает, вообще?

Когда няня не смогла выйти на работу, у Драко не осталось другого выбора, кроме как взять сына с собой в офис, а ведь его ждал такой важный день! Помощь пришла, откуда её совсем не ждали, и день закончился так, как Драко не мог себе ни представить, ни уж тем более надеяться.

По школьным слухам, Луна Лавгуд не носит трусы, потому что вечно теряет вещи. А Блейз Забини не может найти себе места, пока не удостоверится в этом лично. Его друг Драко Малфой вынужден ему помогать, но на самом деле он, как истинный слизеринец, преследует совершенно иные цели. (в общем, очередная школьная милота. ))

Драко Малфой очнулся в альтернативной реальности. Ну или проснулся абсолютно выжившим из ума. Больше ничего не могло объяснить, почему Гарри Поттер внезнапно решил, что он его парень.

- Как тебя зовут? – улыбнулся Поттер. - Ч-что? – удивленно моргнул Драко. Амнезия? Шок? Нежелание общаться? Вопросы роились в голове, словно осы в растревоженном осином гнезде. - Это Венеция, и каждый может выбрать себе любое имя. Так как? – Поттер мягко, по-кошачьи, освободился из рук. - Эм-м-м… Д-драко… Драко Малфой, а тебя? – гулко сглотнул он. Это напоминало какой-то театр абсурда. - Выбери мне имя, - Поттер склонил голову набок и лукаво посмотрел из-под растрепанной челки.

Драко вели из камеры в изолятор для допроса, когда он увидел мать, мертвой хваткой вцепившуюся в отвороты пальто Поттера. Она трясла его, горько плакала и умоляла помочь. Поттер сжимал челюсти до напряженных желваков и кивал: «Я делаю всё, что могу, миссис Малфой. Я обязательно заберу его отсюда». Драко же думал только о том, как Поттеру идет это черное пальто. Только дурацкие синие джинсы он бы посоветовал заменить на брюки… Какие только мысли не лезут в гудящую от бессонницы и страха голову.

Поняв, что Драко замолчал, Гарри повернулся и поднял на любимого усталый взгляд. И, не дав ему начать снова, тихо сказал: - Я понял, Драко. Конечно, ты прав, и я не достоин тебя. Наверное, мне сейчас лучше уйти…