Кто хочет жить вечно?

Всё началось, когда Корво начал целовать метку на удачу

Чужой выгибается на каменном алтаре, и у Корво дрожат руки.

Ему предстояло научиться жить заново. Вернуться в мир, который отверг его, чтобы начать все с чистого листа. Он ни за что не смог бы справиться с этим в одиночку, но рядом был тот, кто был готов оказать помощь, - и в нем Чужой не сомневался. История об отношениях мужчины и мальчика. Никак не человека и бога.

Чужой погружается в мутные воды человеческих ухаживаний, а Корво в изумлении наблюдает. В это же время Эмили рисует, Каллиста берет все в свои руки, Пьеро обижается, а Сесилия внезапно становится незаменимой. А еще здесь будут чума, букет со спаржей и около сотни поющих китов, которые как-то раз решили заплыть в гавань. И кальмар, который все еще шевелится.

Оригинальное название, не поместившееся в шапке - "the four times daud summoned a whaler who was totally unprepared for it (and the one time they were)". "Четыре раза, когда Дауд использовал "призыв", а китобои были к этому совершенно не готовы (и один раз, когда все-таки были)"

Варианты будущего пересекаются. Скучные и интересные. Но он никогда не может сказать, чем окажется каждый из них.

Позже, когда он уже начал убивать людей за деньги, но до того, как он потерял счет этим убийствам, Дауд даже порадовался, что у него нет метки. Никому он не пожелал бы заполучить на коже произнесенные им слова. (Soulmate!AU)

письмо с императорской печатью положит начало необычному союзу.

Когда Корво не освобождается из своей каменной тюрьмы после возвращения Эмили на трон, она ищет единственного человека, который встретился лицом к лицу с Делайлой и выжил.

Очнувшись без ключа и амулетов, Дауд покидает столицу, но вопросов у него всё же больше, чем ответов. И вот, через год после того, как группа бывших ассасинов оседает на Серконосе, они снова встречаются с таинственным королевским защитником. По необъяснимой причине он просто занимает соседнюю с Даудом комнату, не убив ни одного из них. Королевский защитник Дануолла – невероятно сложная загадка. И Дауд решает сам попытаться понять странное существо, имя которому – Корво Аттано.

Эолос никогда не думал, что станет посредником между мастером и королевским защитником, но ему хватало ума не задаваться вопросами вроде «как» и «почему».

Ты — не — можешь контролировать всё. Есть вещи, неподвластные тебе — и никому. Дауд вне твоего понимания. В тот момент, когда ты бы проверял местность, раздавал приказы, он бы просто явился из тени, сделал своё дело — работу — и ушёл. И вся твоя вина — в том, что ты позволил себе покинуть Императрицу — Джессамину — на долгие месяцы, за которые ты пропустил кульминацию переворота. Ты не можешь знать всё, ты — всего лишь человек.

У него было много имен. Его называли множеством прозвищ. Но ничего не было хуже, чем ужас в глазах Корво, и дрожащее, короткое: «ты?»

Корво Аттано умирает вместе со своей Императрицей и теперь некому убрать беспорядок, оставленный Даудом, кроме, видимо, самого Дауда.

После того, как Эмили избежала покушения на свою жизнь, Корво настаивает на том, что ей нужен новый учитель; опытный убийца, который может показать, как выжить даже в неравном бою. Однако, человек, которого он имел ввиду, ушёл в отставку более 10 лет назад. Не говоря уже о том, как тесно связан с их семьей.

Воск и ладан пропитывали стены, обволакивали тело и роднились с кожей и легкими — головокружение обеспечено. Терренс встал на колени и сложил руки в молитве. В унисон со своим напарником они начали читать въевшийся на подкорку текст, но Терренс думал совершенно о другом.

Есть люди, похожие на булавки: прикрепятся к тебе, появляясь рядом то на службе, то на приеме, и ради собственного спокойствия их приходится нарочно отцеплять. А есть люди, похожие на чуму: один раз они попадают под кожу и мучают, выжигая изнутри, а вытравить ты их не можешь… или не хочешь?

Глядя на него, Дауд понимает, что привязанность Томаса нерушима. Пятнадцать лет назад он был лишь мальчишкой, готовым любому глотку грызть за Китобоев и Мастера; был преданным псом Дауда, которым стал по собственной воле. Пятнадцать лет назад он поклялся ему в верности. Душой и телом. Поклялся всюду следовать за своим Мастером. И Дауд знал, что он сдержит обещание.