Общество, в котором красота — второй по дороговизне «товар» на рынке. Родители предпочитают тратиться не на образование ребенка, а на пластических хирургов, чтобы в будущем, если он сможет привлечь внимание кого-то из картеля, обеспечить себе безбедную и безопасную жизнь. Семье Феликса повезло больше: тратиться на его внешность не пришлось, ведь он красивым родился. О том, что красота не обещает счастья, его никто не предупредил.

В этой проклятой богом дыре, над которой вечность висит черное облако человеческих грехов, он находит во враге то, что последние десять лет искал по всему миру.

Феликс ненавидит его всей своей пропитанной перманентной болью душой и мечтает вдавить его красивое холеное лицо в асфальт. Хенджин ненавидит Феликса не меньше, но вдавливать он хочет его только в свою постель.

История любви, казалось бы, абсолютно разных людей. Начало их роману заложил сын Минхо, который во время дня профессии в школе заявил перед всеми, что когда вырастет, станет таким же крутым мафиози, как и его отец. Минхо, конечно же, вызвали в школу, потому что молодой учитель Хан Джисон твердо решил заставить его заняться воспитанием ребенка и не позволять ему смотреть боевики. Кто же знал, что мальчик знает о мафии не из фильмов.

от них остались раскраски, отзвучавшие песни, огромный свитер мелкой вязки, кассета 2002 года с французским мюзиклом «roméo & juliette: de la haine à l'amour» и драконы.

Феликс потерял смысл слова "счастье" ещё несколько лет назад. Хёнджин стал его воплощением.

У Джисона грустный взгляд и тысяча проблем. У Минхо только одна проблема – Хан Джисон.

Феликс рисует граффити и рассекает на скейте, Хенджин любит скорость и розовый цвет, Минхо не в состоянии бороться с собой, Джисон подозрительно хороший, Чонин любит мальчиков постарше, Бан Чан полицейский, которому недавно исполнилось двадцать четыре, а Чанбин держит всех барыг и проституток на мушке. Нормальный только Сынмин. || стритрейсеры ау

Феликс на девятнадцатом году жизни узнал, что у него всё это время был брат-близнец. И стал на шаг ближе к тому, чтобы встретить Хван Хёнджина.

Хван Хёнджин, взмахом руки подняв портфель, накрыл весь стол долларовыми купюрами. Медленно наклонился к микрофону и усмехнулся: — Я ставлю на Феликса всё.

— Первое правило нашего договора: все эти три месяца ты мой парень. А значит тебе нельзя ни с кем встречаться и спать на стороне. Второе правило: быть скромным. Не нужно за столом говорить, как ты любишь, когда тебе присовывают в задницу. Третье правило: не смотреть на моих братьев. И если Минхо первоначально думал, что эти правила выполнимы, то, оказавшись случайно прижатым чужим обнажённым телом среднего брата Чана, — Джисоном, — до него наконец дошло — это полный провал.

Даже в своих самых смелых фантазиях Хёнджин ни разу не представлял своего главного врага Феликса в подобном наряде. То есть с набором уши-хвост и в слитном кожаном боди, сидящем в облипку. Таким тесным и тонким, что на груди проступали очертания горошин сосков.

масляные духи́ и акварельные призраки того самого несчастного отеля-убийцы, где бусины-буквы складываются в уютное «Джинни».

Хан Джисон – полупрофессиональный гонщик. Вся его жизнь – это машины, дешевые удовольствия и всплески адреналина. После того как старый автоклуб разорвал с ним контракт, Джисон соглашается на вступление в новый клуб, ещё не догадываясь, что вся его жизнь повернётся на 180 градусов.

Хан Джисон оказался в этом университете не по своей воле. Но ему придётся смириться со своим новым окружением и разобраться в тайнах, окутавших кампус учебного заведения, которое когда-то давно окончили его родители.

Однажды вечером Феликс натыкается на вампира, в котором узнает своего однокурсника Хван Хенджина. В обмен на жизнь, ему придется делать вид, что он никогда не видел острых клыков, капель чужой крови на прекрасном лице и пронзительного взгляда, от которого хотелось только одного - встать перед вампиром на колени

Ли Феликс на восемнадцатом году своей жизни клянется, что никогда не позволит себя пометить, не ляжет под альфу и не заведет семью. Хван Хенджин на тридцатом году жизни решает, что хочет только его.

Сольный дебют — это не просто песня. Это вызов. Но у Джисона ничего не выходит, музыка не вяжется. Отчаяние и ярость выливаются в грубый, неотёсанный рифф. И в самый его пик сквозь стену прорывается ответ — мощные, точные удары барабана. Так, не сговариваясь, они находят тот самый недостающий аккорд.

Феликс хранил секрет. Тот жил в нём цветком: прорастал из самых глубин души и шипами резал сердце до тихих всхлипов и удушающего счастья. Он носил его с собой каждый день — в классе, дома, на улице, даже во сне. Дышал им. И с каждым вдохом невидимые острия впивались сильнее, но он не мог перерезать стебель. В ладонях лишь осторожно хранил алый бутон, скрывая его от всего мира… Скрывая свою любовь к старшему брату лучшей подруги.

Законы фавел были просты: уважай соседей, систему и тогда все функционирует спокойно. Было ещё одно правило: никогда не связывайся с людьми асфальта. Но Феликс ограничился лишь первыми двумя.