Сказка о кровожадном драконе, заточённой в башне принцессе, жестоком людоеде и доблестном рыцаре на чёрном мотоцикле. ХОТЯ НЕТ! Это история про жизнь: о маниакально любящей матери, её сыне, зажатом в тиски обстоятельств, о несправедливости, подлости, предательстве и людях, не способных пройти мимо чужой беды.

Счастье никогда не придёт неожиданно. Оно обязательно сообщит о своем приближении. Кому-то словом, кому-то взглядом, а кому-то - истеричным автомобильным сигналом и мощным ударом бампера дрифтующей на гололеде тачки. Чтоб уж наверняка.

Вечное противостояние с начальством... к чему может привести последняя капля?

— Бабу тебе надо, - повторял Артём на любые доводы брата. — Ба-бу. Горячая тёлка, Мурыч, это, я тебе скажу, самое лучшее лекарство в твоём случае. Ты же просто не знаешь, как оно. Так попробуй. Тебе понравится, отвечаю. — Артём, — Тимура уже порядком достали эти разговоры, — а ты не хочешь попробовать с парнем? — Что-о-о? — взревел брат. — Ты совсем охуел, что ли? — Ну почему же? — усмехнулся Тимур. — Ты просто попробуй. Ты же не знаешь, как оно. Тебе понравится. Отвечаю.

Сначала он не понял. Вкус был другим. Обычно супы в их столовой были жидковатыми, даже пресными, но это было что-то новенькое. Там среди вкусов различались сладковатая свекла, ароматное мясо, чеснок и даже, прости господи, укроп. Присмотревшись, Мурат и вправду увидел, как по поверхности борща плавает мелко покрошенная зелень. Прямо как дома. Как будто… Как будто кто-то очень постарался сделать хорошо. Впервые на его памяти.

Роман о любви в декорациях провинциального трэша. У Сереги и так хватало проблем - жизнь в провинциальном городе подкидывает их всем. А когда ты гей и сирота при живых родителях, у тебя мало шансов не вляпаться в неприятности. И главной неприятностью в жизни Сереги становится его любовь к гопнику по имени Илья.

Мама и сын. Вечер. Сидят перед телевизором. Мама: - Сын, а ты у меня не гей? - Не, мам, ты что?! - Ну, тогда ладно... Через минуту: - А ты актив или пассив? - Пасс... СТОП! МАМ, я НАТУРАЛ! НА-ТУ-РА-Л! - Да все-все. Молчу. Ещё через минуту: - А как парня зовут? - Денис... -Как-как? - ...

Если честно, вся эта херня вообще не должна была случиться. Мне просто не повезло оказаться в подъезде, когда кто-то из соседей вызвал участкового на шум в одной из квартир. Пока я прикуривал и прислушивался к пьяным крикам парой этажей выше — дело, в общем-то, обычное, — Ваня поднимался по лестнице.

Кожаные схватывают на лету, легко поддаются манипуляциям и дрессировке, если в дело вступают кошачьи глазки. Но у Князя Тьмы их нет. Есть морщины, много морщин…

Старший брат возвращается из тюрьмы домой.

Два школьных друга, вместо того, чтобы готовиться к выпускным экзаменам, занимаются углублённым изучением друг друга.

Хорошие оценки прогульщикам Вадим Николаевич не ставит из принципа, но Алтану позарез нужна пятёрка за последний в сессии экзамен. И Дагбаев не был бы Дагбаевым, если бы не умел договориться.

Прикладываю бумагу к стенду и пишу аккуратные восемь печатных букв – В Л Ю Б Л Ю С Ь. А ниже девять раз свой номер телефона. Я жалок, я презренен, я сошел с ума. И я вообще не верю, что найдется хоть один человек в этом городе, кто из интереса откликнется, или хотя бы, чтобы поиздеваться и проверить, кто тот идиот, что написал вселенского масштаба глупость. Плевать. Вот и проверим.

/я безнадежно влюблен в одноклассника, в глазах которого нахожу бескрайний океан/

А хочешь, я расскажу тебе сказку? Такую, хм, порносказку. Или не сказку. Или даже не одну. Хочешь? Я знаю, что хочешь. Устраивайся поудобнее, расслабься и приготовься к ощущениям. И да, руки вытащи из-под стола. И выложи перед собой, чтобы я видел. Вот так, умница. Ну что, начинаем?

Утро. Похмелье. Странно, но голова почти не болела. Болел почему-то зад. Ник просунул руку между ног, чтобы пощупать, и тут же, вскрикнув, отдернул ее. Там кто-то был! И здоровенный член этого "кого-то", оснащенный крупными волосатыми яйцами, на которые ищущие пальцы омеги только что и наткнулись, оказался по самое «не хочу» засажен Нику в задницу. И не просто, зараза, засажен, а с узлом… И ведь не соскочишь, не сбежишь! Разве что под подушку голову сунуть и сказать себе, что «в домике».

История одной любви в стенах коммунальной квартиры.

Мне тридцать два, а ему вполовину меньше. Я за рулём, а ему приспичило грохнуться на пассажирское и начать знакомиться ни с того ни с сего. И хер знает, что в нём должно быть такого, чтобы я согласился.

Ваню выселили из квартиры, и он подцепил ковид. Денег в обрез, идти совершенно некуда... Однако поухаживать за больным неожиданно вызвался старый знакомый.