Одного Лань Чжань не понимал. Чтобы вновь вернуть себе золотое ядро, Вэй Ин должен был на очень долгое время отказаться как от дороги тьмы, так и от праведного пути. Стать беспомощным, как когда-то.

Цена — это человек, который всегда горел, как яркая путеводная звезда, часто смеялся и будто светился изнутри. Лань Чжань уже не помнит, когда последний раз слышал его смех. Кажется, что в прошлой жизни.

Лань Чжань ранен. Вэй Ин переживает. Лань Цижэнь приходит не вовремя. В споре редко рождается истина, но вот точки зрения оппонентов проявляются ярче, чем в любом из их монологов.

Вэй Усянь стоит рядом, застыв в одном положении. Лань Ванцзи не может его коснуться, так как они оба — лишь бесплотный мираж в этих воспоминаниях. Все, что они могут — только смотреть со стороны.

Но он ушёл, Вэй Усянь. И больше никогда не вернётся. Ты должен принять это.

Альтернативный финал битвы с кланом Вэнь. Вэй Ин любит Лань Чжаня, знает, что это взаимно, и готов свернуть горы ради него. Уничтожить целый клан - это еще простенькая задачка для начинающих.

Лань Чжань не хочет, чтобы Вэй Ин пролил ещё хоть слезинку. Но не всё зависит от него.

Есть нечто, называемое шаром памяти, или Цзаи Цю, который показывает воспоминания выбранного человека. Чтобы еще больше обвинить уже мертвого Старейшину Илин, было решено использовать шар памяти на следующем Совете кланов, дабы показать, насколько злым может быть магистр тёмного пути. Однако то, что они видят, шокирует всех

— Лань Чжань, — говорит Вэй Усянь, — Я твой муж. Знаю, что ты не любишь меня так, как подобает мужу, и я знаю, что наш брак — политическая сделка, но с этого момента я весь принадлежу тебе. Он ненадолго задумывается, такими ли должны быть все предрешённые помолвки. Должны ли они вести себя друг с другом согласно каким-то правилам? Определённо, в первые дни знакомства, с которых прошло много лет, они не очень хорошо ладили, но теперь они оказались там, где они есть сейчас.

Вэй Усянь всегда путался в трёх тысячах правилах, и иногда это было из-за невежества, а иногда — из-за самонадеянности. В этот раз безрассудство привело его к наиболее неприятной ситуации из всех возможных. И что хуже всего — он утянул Лань Ванцзи за собой.

— Ханьгуан-цзюнь, — повторяет Вэй Усянь. Сердце сжимает. Он хочет… но он правда собирался справиться с этими кошмарами до того, как они вновь встретятся, чтобы не обнаружить, что вновь полагается на близость Лань Ванцзи. Он не должен возвращаться сейчас. Но он так устал, и его сила воли рассыпается. — Да, — говорит он. — Хорошо. Заберите меня с собой в Гусу.

Оказавшись вот так запертыми в одном помещении, когда им было лет по пятнадцать-шестнадцать, он и Вэй Ин, наверное, раз десять бы уже поспорили, посмеялись и, может, даже подрались. Не всерьёз, конечно. А теперь что? Молчат каждый в своем углу, и Цзян Чэну все хотелось сделать хоть что-то, чтобы сломать эту тишину пополам.

Лань Ванцзи попадает под проклятие, лишающее его возможности взаимодействовать с миром, но способность вансяней понимать друг друга остаётся неизменной.

!ОФИЦИАЛЬНАЯ ДОПОЛНИТЕЛЬНАЯ ИСТОРИЯ! — Мне нравится, когда ты заполняешь меня. Это очень приятно. После этих слов он прижался ещё крепче. Выражение лица Лань Ванцзи тут же изменилось, а дыхание на миг замерло. Потратив немало времени на то, чтобы взять себя в руки, он хрипло выдохнул: — Бесстыдник!..