Тэхён мечтал об идеальной жизни. Он дал ей и себе ещё один шанс. Он воплотил свою мечту, где главным было это — свобода. Та самая, где… …в любом случае в его жизни появился Арои-Чон Чонгук.

Дразнить голодного зверя — плохая идея. Соглашаясь станцевать перед сотней заключенных, Тэхён об этом не думал. Но когда один из них объявился у него на пороге, бежать было уже поздно.

— Чем будешь расплачиваться за проигрыш? Телом, — чонгукова рука отрывается от капота и скользит по бедру омеги, останавливаясь возле паха, на что Тэхен слегка поджимает губы, сдерживая прокатившуюся по всему телу дрожь, — или тачкой?

Тэхён тихо хмыкает, кивая в ответ, и вновь тянется к родным губам с привкусом алкоголя, горечи и лжи, что они делят на двоих, ежедневно предавая себя мнимому суициду, из которого всегда выходят живыми, но изрядно подбитыми. Потому что, в конечном итоге, есть только они.

Ким Тэхён – бывший чемпион по тайскому боксу. Но богатенького альфу Чон Чонгука это никак не останавливает.

– Мне нравится фиолетовый, – Тэхен пихает язык за щеку, глядя на розовое лицо Чонгука, которое тот отчаянно пытается скрыть. – Ты бы отлично выглядел на моем члене в этом цвете. – Добавляет Ким, расплываясь в яркой улыбке. ВНИМАНИЕ! Ведущий пейринг ВиГу, метки — насилие, жестокость к ним не относятся

Чимин воспитывается в семье военного генерала. Всё строго, но любя. Естественно как любящий сын, Чимин решил пойти по стопам отца – служить в армии. Но вот что делать, если Чимин – омега.

Тэхен не соврал. Холодно не было.

— Зачем звонишь? — Как зовут твою черепаху? — на другом конце повисает тишина, и Тэхен буквально чувствует, как работают шестеренки в чужой голове, от чего довольно усмехается. — Ким, съеби из моей квартиры, — Чонгук звучит, конечно, более чем угрожающе, но в данной ситуации Тэхёну пофиг. — Ты не очень-то гостеприимный. Дай хоть чай допить. — Я сейчас вызову полицию.

— Ваше просекко, господин Чон. Добро пожаловать на борт, — Тэхён поднимает взгляд, смотря прямо в чужие блестящие зрачки, и немного краснеет — всё-таки в голове это выглядело не так пошло, как оказалось. или Чем же заняться во время долгого трансатлантического перелёта.

Под проклятым небом в красные ночи мы были крещены пороком.

— Мой… Шепот звучит как печать, как обещание, растворяясь в тишине комнаты.

Постоянная занятость и клиенты, которые менялись один за другим, были неотъемлемой частью его жизни. И альфа даже не пытался запомнить их лица — только свои рисунки, оставленные им на чужом теле. Но его запомнил. Запомнил светлые кудряшки, неряшливо спадающие на блестящие восторгом глаза, шёлковую кожу, наверняка сладкие губы, что омега постоянно облизывал и прикусывал, квадратную застенчивую улыбку. И всё в Чонгуке твердило без возражений — без дополнительного сеанса тут не обойтись.

Это была очередная игра. Ровным счетом ничего для него не значащая, однако сломавшая его навсегда.

Чонгук должен был охранять его тело, а не спасать душу.

На землях Содружества Четырёх Стихий проживали представители Огня, Воды, Земли и Воздуха, которые долгое время воевали со стихийниками Льда, что считались нынче исчезнувшим народом. Ким Тэхён, являющийся ведьмой Воды, с самого детства жил и обучался в крепких стенах Академии Четырёх Стихий, разделяя одну комнату с невыносимым магом Огня Чон Чонгуком. Ведьме Воды и магу Огня порой было довольно сложно жить в одной комнате, но это не помешало их сердцам привязаться друг к другу.

— Кажется, ты заводил чек-лист мест, где мы с тобой занимались любовью? — пытаясь отдышаться, спрашивает Чонгук, водя пальцем по пояснице Тэхёна и размазывая собственную сперму. — Не волнуйся, я поставлю галочку напротив строчки «самолёт».

— Пронто-пронто, — вновь повторил парень. Тэхён, раздражённо закатив глаза, вытащил лист изо рта и недружелюбно произнёс: — Что?

И всё же, когда дикий голодный взгляд Чон Чонгука останавливается именно на нём, внутри всё переворачивается. Язычки пламени играют на его лице, когда альфа делает неспешные шаги в сторону Тэхёна и замершего рядом Чимина.

Они больше не виделись. Только две зацепки в прошлом: красивый и сильный. Им понадобится почти два десятка лет, чтобы снова встретиться на ярком показе в Сеуле, под вспышками камер, когда один станет легендой моды, а другой властелином ювелирной империи. И тогда их взгляды снова столкнутся. И память скажет: Я нашёл.