Надежда умирает первой при входе в кабинет директора, таков закон школ с богатенькими отпрысками.

Можно ли сказать, что у Тэхена не было выбора, когда они начали встречаться с Чонгуком? Возможно. Правильного ответа все равно нет.

Тэхен думал, что их брак с Намджуном еще можно вернуть, пока на ринге ему не подмигнул Чонгук. бокс AU, где боксер Намджун изменяет мужу, а Чонгук свой шанс не упустит

Тэхён не считал своего начальника по-настоящему плохим человеком. Просто Чонгук частенько заставлял его делать вещи, которые совсем не входили в обязанности секретаря. И это были довольно странные и нелепые задания...

— Как думаешь, как скоро новость о том, что я гей, облетит универ? — Думаю, довольно быстро, — с трудом выговаривая слова, потому что во рту пересохло, произносит Тэхён. — Я тоже, — кивает Чонгук. — Уверен, в понедельник приду уже в новом статусе. — Он пожимает плечами. — Весело было наблюдать за их стараниями. — Так это правда? — Тэхён вскидывает брови и даже придвигается чуть ближе. — Хочешь убедиться?

Путь к сердцу мужчины лежит через его собаку.

Никто не говорил, что будет легко, но какого чёрта всё сложно настолько?

«Весь твой образ, как едва раскрывшийся бутон: невинный и чистый. Как утреннее солнце, тёплый дождь в начале весны и первый выпавший снег. Тебя можно сравнить с чем угодно, но с чем точно нельзя — с людьми. И всё же ты не выше человека. Ты, il mio coniglio, мятежный господин моего сердца, моё необъятное, невообразимое чудо… Ты выше самого Бога».

Если Чон Чонгук попытается изменить в рабочем договоре хоть один пункт – Тэхён вставит ему в глаз ручку. И его не замучает совесть. И никакие этические, моральные или же корпоративные нормы не остановят его от зверского насилия.

«Мне нужен хозяин в доме, чтобы безжалостный с другими, но ласковый со мной. Надо будет – стану добиваться, если тебе важно, чтобы всё было как у людей. Год, два? Не побоюсь напрячься, — слова господина Чона – гром среди ясного неба: — Я даже не побоюсь тебя полюбить, если это так необходимо».

Чонгук не думает о том, к чему может привести такая беспечность и недальновидность, к чему может привести чужое желание оказаться на пьедестале, быть номером один в глазах людей. Однажды Тэхён, без сомнений, упадёт. Главное – чтобы рядом были те, кто поможет ему подняться.

Глаза... Глаза у этого болтливого красивые, такие голубые. Даже в темноте яркие, насыщенные, в них страшно смотреть. Прилипчивый, конечно, как клещ, но взгляд-то какой... Пронзительный. До костей. Он капитану напоминает море, оттого и страшно. Если честно, очень. Моря губят жизни. И люди, знаете ли, тоже так умеют.

Милые мордашки правят миром и Чон Чонгуком.

Весело с Чонгуком не будет, разве может? Тэхён ещё не знает, но, вообще-то, может: и весело, и грустно, больно, неопределённо, – всё может. И хорошо, и счастливо тоже, кстати, может быть. Ему бы только суметь этого дождаться.

— Ну, ничего так, — тихо говорит Хосок. — Бог, — хрипит Тэхён. — Натурал, — резюмирует Юнги, щуря глаза и глядя на Чонгука. — Стопроцентный натурал. Тэхён оборачивается и смотрит на Юнги, выгнув брови, на что тот фыркает: — Меня чуйка еще ни разу не подводила, — усмехается Юнги. — Без шансов. Безответная любовь. — Я его не люблю, — сквозь зубы говорит Тэхён, а Хосок снова ржет, крепче обнимая Юнги. — И меня чуйка никогда не подводила. Проверим.

Да, Тэхён любит смотреть дорамы и читать фанфики. А еще он любит шипперить между собой людей. Разных. Любых. Абсолютно. Потому что это весело. Но его любимая пара в универе — Чонгук и Союн — заставляют мечтать о таких же отношениях, как у них. И нет, Тэхён не запал на Чонгука, что бы там ни говорил Чимин. Но одна встреча с Чонгуком в клубе ясно дает понять, что его шипперский радар явно сломался...

Когда Чонгук решил написать анонимно своему соседу, то не подумал, как потом будет выкручиваться. Просто Тэхён нравится ему не первый месяц, от его красоты мозг клинит. И когда Чонгук начинает получать от него горячие фотки, то совсем не знает, как остановиться. А ведь придется как-то признаваться и сдаваться своей мечте этажом ниже...

- А здесь мой номер телефона, - с улыбкой говорит Чимин, протягивая стаканчик. – Вдруг… захотите позвонить. Пак, почему-то, сглатывает, когда видит, что сонные глаза открываются шире и внимательно смотрят ему в глаза. Мин берет высокий стакан и смотрит на цифры рядом со своей фамилией. Переводит взгляд на Чимина, который, кажется, не дышит под этим скептическим взглядом. - И зачем он мне? – низким голосом спрашивает Мин. – Ты мне домой кофе привезешь?

- Почему за месяц ты мне так и не сказал? - Зачем? - Наверно, потому что мы истинные! - И что? - Как что, блять! – прошипел альфа. – Ты не думаешь, что я должен был знать! Как я должен был понять, что ты мой истинный, если ты скрывал свой запах? Омега наклоняется вперед, опираясь на вытянутые руки, которые он ладонями поставил между своих разведенных ног. - А зачем тебе это, Чон? Тебя в твоей жизни все устраивает, не так ли?

Каждый из нас предан. Кому-то или кем-то. — Но ты же обещал... — совсем тихо шепчет омега, пытаясь сдержать рвущиеся наружу всхлипы. «Отпусти его, он сам сделал свой выбор, он мерзавец и не стоит твоих слёз», — шепчет внутренний голос где-то на подкорках разума. — Но разве мерзавец мог оставить после себя настолько прекрасное? — почти неслышно проговорил омега, заходясь в рыданиях.