«Лучше бы пил сейчас с Венти» - думает Кэйя, отбивая очередную атаку митачурла. Страх накатывает с новой силой, а меч выпадает из трясущейся руки.

Кейя - предатель, ошибка. Он это знает, он терзает себя и физически и морально. Думает, что заслужил, ведь он виновен. Возможно Дилюк тоже так думает.

Нынешние минуты - решающие. Если сумеет дожить до утра, опасность минует, Ордо Фавониус получит своего капитана обратно.

Кэйа стоит перед зеркалом в ванной и смотрит, очень долго смотрит в него и не видит ничего кроме изуродованного тела. Свет исходит лишь от пары свечей, хотя он и без них может провести руками по телу, по каждому шраму на себе и почувствовать отвращение, комом, поступающий к горлу. Его тело, душа, личность весь он изуродован, изломан до такой степени, что становится мерзко от себя, тошно, противно до дрожи в коленях, и локтями приходится опереться о раковину с кровавыми разводами в ней.

Лучше бы ты себя резал.

Дилюк никогда не был уверен, что его сводный брат выберет, когда настанет время: солнечный Мондштат с ним, множеством их глупых обид и болезненных ссор или мрачное проклятое королевство, за чьими чертогами скрывается пустота, но где можно начать все с чистого листа… Кэйя всегда знал, что он сделает, когда настанет час. И он сделал. В одиночку. Против Бездны и ради тех, кого он любит…

Спасение одинокой души, потерявшая веру и надежду. Альберих потерял смысл в бренном мире. Желание покинуть его с каждым днем все больше и больше. Сможет ли ему кто-нибудь помочь?

Некоторые закрываются, когда перенесли достаточное количество боли, такой, что она просто переполняет их. Они уже не чувствуют ничего, они защитились. Есть только один способ подобраться к таким людям - сжечь этот щит к чёртовой матери и самому защищать этого человека.

дилюк зацеловывает бежевые созвездия кривых, отвратительных шрамов на чужом запястье, обводя губами каждый. кэйа ненавидит их всей своей душой, а для дилюка они сейчас самое ценное сокровище во вселенной.

Дилюку всё равно. По крайней мере, это его мнение.

Такие как Альберих всегда были приманкой для отбросов общества. Теми, на ком можно было выплеснуть гнев, теми, которые за деньги стерпят любое к себе отношение. Кэйа всегда презирал таких слабовольных людей, но всепоглощающее одиночество накрывало его с головой и он сломался.

Кайя больше не будет один.

Когда Дилюк покинул Мондштадт, Кэйа думал, что сойдёт с ума. Было невообразимо холодно. Он тосковал по касаниям.

Он думает об этом каждую ночь. Возможно, когда он представляет эту сцену, ему становится чуть легче. А возможно это тянет его ко дну, все ближе и ближе ко дну с каждой ночью.

Мысли об одиночестве преследовали все больше. Усталость давила, не давая даже поднять руку, чтобы продолжить работу, веки тяжелели с каждым разом, а боль в голове становилась все сильней.

Завтра на работу к восьми, а сейчас уже за пол четвёртого утра, ложиться спать в целом имеет мало смысла. Надо заняться чем-нибудь и смириться с необходимостью завтрашней борьбы. Очередной борьбы.

После такого громкого шума,Полуночный герой выйдет из дома,и будет искать человека,которому угрожает опасность.Но этому человеку лишь угрожают эмоции,которые он не может держать.

Кэйа помешан на этом. Кэйа хочет нравиться Дилюку. Кэйа хочет похудеть и изменить себя для возлюбленного, которому всё равно на него, делая всё для этого. Кэйа устал. Кэйе определённо нужна помощь...

Он кричит, хватаясь за голову и пачкая синие волосы алой кровью, кричит, разрывая уголки губ, кричит до боли в горле. Он кричит, не издавая ни звука.

Беспокойство заворочалось неприятным клубком в груди, и Дилюк лишь крепче сжал пальцы на плече. Возможно, он лишь слишком устал на задании, и можно будет его разбудить и спровадить из таверны, хотя такие мысли отдались колющей болью. Но Кэйа не просыпался.