— Никогда не оставляй дверь в квартиру на ночь открытой, ты слышишь меня, Чонгук?

В мире, где вампиры и оборотни враждуют испокон веков, истинными человека Чонгука оказываются и вампир, и оборотень. Теперь перед Чонгуком встаёт необходимость разобраться в себе. И в его альфах — тоже.

Чонгук: "Ты специально это делаешь, да? Собирай вещи и иди в мою комнату, ни в какой общей казарме с ротой альф ты жить не будешь".

Тэхён просто безумно скучает по Чонгуку. А ещё — умеет отменно играть на нервах. А Чонгук… У Чонгука нервы железные.

— я вижу тебя всего второй раз в жизни, но ты уже пробрался мне под кожу, — чонгук тычет себя в грудь, туда, где грохочет смятённое сердце, а тэхён раскатисто смеётся, запрокидывая голову и сверкая вылезшими острыми клыками. — признайся, что околдовал меня.

у чонгука появляются новые соседи – маленький, непослушный ураган и его очаровательный папочка.

— Тэ, я полнейший идиот, прости, я... изменил тебе. Пусть это прозвучит, как оправдание, но от того альфы пахло твоими любимыми сигаретами, а ещё зелёным молочным чаем, и я-я... — Чонгук всхлипывает, боясь последствий своих слов, но умалчивать о таком он не намерен, потому что любит своего парня, который ржёт как конь, притягивая в объятия своего маленького алкоголика.

Утро доброе. Было бы если бы от него нагло не сбежали. Ни тебе завтрака в постель, ни записки с благодарностью о проведённой ночи. Ни-че-го. И номер взять не успел. А Тэхён-то хотел. Познакомиться нормально, на свидание сходить. Омега ведь ему в душу запал. Понравился очень. Заинтересовал засранец.

Чонгук — оборотень, который втрескался в ведьмага по самые грибочки, и каждый раз косячит в попытке добиться его внимания. Юнги — друг-вампир, который не обходится без подколов в его адрес, и который пытается не поддаваться обаянию одного прелестного дриады, положившего на него глаз.

— У него татуировка с Хаку, чёрные глаза и харизма, выбившая с ноги дверь в моё сердце, — то ли просто рассказывает, то ли жалуется Ким своему другу. — И я безумно его хочу, да. Au, в котором тридцатидвухлетний пилот вертолёта Ким Тэхён, прилетев в Церматт — курортную деревушку в Швейцарии, никак не ожидал встретить в этом месте свою судьбу в лице восемнадцатилетнего баристы Чон Чонгука.

— Чего тебе? — рокочет Чонгук. Голос у него такой низкий, что у Тэхёна вибрирует где-то в районе желудка. Но Тэхён не был бы собой, если бы позволил какой-то груде мышц испортить ему праздник. Он лишь фыркает, демонстративно упирает свободную руку в бок и выжидающе вздергивает подбородок. — "Чего тебе"? — ядовито шипит он, копируя интонацию альфы. — Ты где этикет учил, в пещере? Сдвинь свой бампер, ты перекрываешь мне путь.

Одно письмо для Санты со всеми пожеланиями, написанное маленькой девочкой, оказалось судьбоносным для двух взрослых людей, проживающих по соседству.

Чонгук просто хотел найти альфу через сайт знакомств, чтобы провести с ним течку. Но не ожидал, что встретит своего истинного. Тэхён тоже не ожидал.

Ему бы действительно следовало приглядеться к молоденьким офицерам и младшим лейтенантам, что упорно строят ему глазки на общих сборах и ненавязчиво угощают невесть откуда добытым шоколадом по праздникам. Действительно стоило бы, но… Его мысли и сердце неустанно будоражит один капитан, что возрастом едва ли младше его собственного отца, под чьей тяжестью взгляда хочется мурчать покорно и забиваться под бок.

Звуки не были похожи на привычное мышиное цвиркание или писк: те были более громкими и напоминали резкую высокую трель, — и именно это осознание заставило Тэхёна замереть на пороге с наполовину открытой дверью, ведь его знаний о поведении этих зверьков хватило для того, чтобы сделать два важных вывода. Во-первых, летучая мышь, прилетевшая к нему на порог, исполняла брачную серенаду. Из этого знания вытекало «во-вторых»: в человеческой ипостаси та была… мужского пола.

Тэхён всегда уживался с нечистью бок о бок, но он никогда не думал, что пустит в свой дом целую стаю оборотней.

Никто и подумать не мог, что проклятие действительно существует. На вечеринке алкоголь и веселье, а следовательно и безрассудные поступки. Вот и Тэхён не подумал отказаться от игры и в итоге свой первый поцелуй был отдан Чону Чонгуку.

чонгук был слишком страстным и горячим в своей слепой ярости, чем безумно напоминал тэхёну свирепую и неумолимую кали, а ещё невероятно соблазнительным и волнующим, буквально источая из себя крепкий аромат чёрной смородины и нагретых на солнце восточных песков.