Рома устроился на первую в жизни работу. Но, оказывается, здесь практикуют физические наказания, а молодой начальник, Антон, явно не прочь лишний раз выпороть парня.

Легкая история о легких буднях молодого директора, встретившего на очередном собесе бывшего одноклассника, над которым потешался все школьные годы...

Никита гомофоб, а Серёжа, его сосед по съемной квартире, гей. Удастся ли им ужиться?

Они враги уже три года. Влад — тихий холодный отличник, Артём — популярный клоун класса. А существует ли эта вражда?

Юра и Макс поспорили, что если Юра месяц не будет драться, Макс выполнит любое его желание. Если подерётся, получит ремень. Но Юра хочет и то, и другое.

Леха поморщился. Нарезной этот бесил до жути. И волосней своей курчавой, и шмыгающим носом, и тем, что при костлявости был на полголовы выше, и когда они стояли рядом, приходилось задирать голову. Но больше всего раздражало то, что до десятого класса Леха был вполне себе самостоятельной Колбасой, а после того, как в этом году заявился новенький, он то и дело упоминался в сочетании с Батоном. Шуточки про то, какой бутерброд правильный, когда колбаса сверху или снизу, достали.

У Вени есть нездоровая зависимость от поисков плохих Верхних. Он находит их везде: на сайтах знакомств, в комментариях под постами, в группах и даже по объявлению. Чаще всего люди это безобидные — те, кто живут в других городах и странах. К ним Вениамин на личные встречи не лезет, а вот к тем, кто поближе...

Аристарх - аристократ, весь из бархата и принципов. Женька - с улицы, с грязью под ногтями. Но кто сказал, что такие не умеют любить?

Котька всегда очень волновался, когда его останавливали сотрудники ГИБДД. Знал, что ничего не нарушил, поскольку был водителем осторожным, а все равно дергался и трепетал. Вот и на этот раз было ну очень стремно — аж задница, которая у Котьки всегда первой чувствовала засаду, начала нервно поджиматься.

За окном петарды взрываются, окрашивая чёрное небо в разные цвета. Люди кричат. Что-то про год новый. Про счастье. А я рукой тянусь в его сторону, ладонью щеки касаюсь, а Тоша глаза прикрывает. Трётся о руку, мурчит не хуже Вафли и всё понимает. И я понимаю тоже. Это наш год. Наш новый.

Работодатель, тиран и сатрап, предлагает Александру Иевлеву оказывать ему услуги "вне круга обязанностей" секретаря-референта. И жизненные обстоятельства заставляют Александра согласиться с неприличным предложением.

Большой город сталкивает людей, казалось бы, совершенно хаотично, как перебираемые прибоем песчинки. Раз за разом выкладывая уникальный, неповторимый узор. Но даже многомилионный город иногда преподносит нам сюрпризы.

— В жопу не ебусь, если чё, — говорю так, как будто меня это как-то спасёт, если он вот конкретно за этим меня позвал.

История о интеллигентном гопнике Тохе - держателе местного райончика и о мальчике-неформальчике Юлике, что недавно перебрался к нему на район. О том, что сперва показалось просто как, по-приколу, переросло в нечто большее и настоящее. История о дружбе, принятие себя и общества.

😺 Вот если задуматься: какова вероятность, что вернувшись из армии, поселившись на другом конце города от того места, где жил до этого, встретить одноклассника? Причём не просто какого-то там пацана, с которым и выпить не грех, а жалкую пародию на человека, прослывшего пидаром и чмыримого всей школой до самого выпускного? Жаль, в детстве мозги работают слишком убого... но извиняться спустя столько лет уже, наверное, поздно... Или нет?

Украшений Саша не носит, но, как помнит весь район, Сашу украшают шрамы, к зиме поселившиеся ещё и на шее. Декабрьской ночью он, потрёпанный и разорванный, вломился в дом, но не к себе, а к Роме. Говорят, следы от тающего снега мешались с кровью и в подъезде можно было по алым каплям выследить, к кому побитый пёс пришёл скулить. Рома сам хотел его убить, сам бы не глядя придушил, если бы не вид Шуры, не голос, не взгляд его.

Лёгкий и спокойный флафф про отпуск на кавказских водах, много разговоров и секса в необычных местах