Грейнджер думала, что разговаривает с отражением. Просто игра магии, усталость, старое зеркало в Отделе тайн. Но чем дольше она слушала голос по ту сторону, тем реальнее становился тот, кто смотрит на неё в ответ. И когда граница стала исчезать, Гермиона поняла, что разговоров с зеркалами лучше не начинать.

Что будет, если повзрослевшие и свободные Гермиона и Тео неожиданно встретятся на берегу Средиземного моря в курортной обстановке? Будет три дня горячих секс-экспериментов, сальсы и игр между аниматором и гостьей, if you know what I mean :)

Цена победы — его семья. Цена искупления — его сердце. Однажды он уже видел своего Патронуса. Им была она. Но это было до войны, до Метки, до того, как он навсегда похоронил свою способность к свету. Теперь Драко Малфой — изгой, а Гермиона Грейнджер — единственная, кто видит его боль. Она предлагает помощь, не зная, что пытается вернуть ему то, что он сам когда-то уничтожил — и что только она может воскресить.

Про Дом Безликих ходили легенды из уст в уста — девочки Чанга могли исполнить любую фантазию, и Драко Малфой исполнил их все… или почти все?

Панси вышла замуж за магглорожденного волшебника, которого выбрали родители в попытке восстановить репутацию семьи Паркинсонов после войны. Конечно же, никто не спросил её мнения.

После победы над Волдемортом студенты возвращаются в школу. Гермиона — в надежде доказать себе, что не сломалась, Драко — потому что сломался и не собирается никому ничего доказывать. В её багаже: ПТСР, терапия и плеер с Rolling Stones. В его: суицидальные мысли, пачка магловских сигарет и ненависть к своему прошлому. Оба нуждаются в «якоре», чтобы не сгинуть в водовороте навязчивых воспоминаний, но судьба — глумливая стерва. Она предпочитает топить. И только чужими руками.

Одно неверное решение может разрушить привычный мир до основания. *** Драко и Гермиона спустя шесть лет после войны счастливы в браке и воспитывают сына, когда кто-то начинает похищать маглорождённых. *** — Драко, — произнесла Гермиона голосом, полным сожалений. Он скользил взглядом по её лицу, запоминая каждую деталь. — Я люблю тебя, — шепнула она в его губы. Драко зажмурился и обнял её, крепко прижимая к себе. — Тебе нужно уйти, здесь небезопасно, – прошептал он.

Рождественская история про обмен телами бравых авроров Драко Малфоя и Рональда Уизли.

Почему-то все уверились, что Грейнджер святая и непогрешимая, спящая в обнимку с очередным научным талмудом и ежеминутно думающая о спасении всех униженных и оскорбленных. Может так отчасти и было еще в Хогвартсе, но время лечит наивность и избыточную самоуверенность. А еще время приносит одиночество и боль от того, что ты не можешь быть собой, “ведь общество так на Вас рассчитывает”. Все от нее чего-то хотят, но не спешат выполнять ее желания, порой грязные и постыдные, откровенные и дерзкие.

Работа написана в рамках участия в фестивале валентинок «Fest d Amour» на канале http://t.me/beyond_stories

Гермиона Грейнджер уверена, что наблюдать за соседом через окно — плохая идея. Особенно если этим соседом оказывается Драко Малфой.

Гермиона Малфой умерла после рождения сына. Драко очень плохо без нее, ему нужно кому-то выговориться. И он будет разговаривать со своей любимой, но лишь через письма.

Семь лет после битвы за Хогвартс. Волдеморт проиграл, но два крестража уничтожить не удалось. В Британии гражданская война, и в воздухе витает предчувствие надвигающейся катастрофы. Гермиона Грейнджер изучает магию и способы ее интеграции с магловской наукой, когда однажды вечером к ней домой заявляется Драко Малфой с оглушительными новостями.

Она обязательно докажет Поттеру, что он — всего лишь жалкая болтрушайка, возомнившая себя фениксом. Изобличит его перед всеми и спустит с золотой жёрдочки. У каждого есть своё место, а место этого самозванца должно оказаться у неё под каблуком.

Она совсем забыла, когда последний раз ощущала себя живой. Когда улыбалась просто так, когда радовалась рассвету, любимым книжкам, посиделкам с друзьями. Сейчас каждый новый прожитый день, это пытка, наполненная лишь болью. Все светлое и доброе в ней исчезло в одно мгновение... Когда она потеряла его...

Что такое страх? Откуда он появляется? Из темных углов, покрытых паутиной? Из легких невидимых касаний или едва слышных шорохов под кроватью? Почему одни испытывают ужас перед тьмой, а для других самое страшное не то, что в ней скрыто, а то, что лежит на поверхности? Как определить, чего ты на самом деле боишься больше всего? И возможно ли побороть свой страх?

На мгновение виснет давящее, будто под прессом, молчание, когда их взгляды встречаются. Она даже не уверена, смотрит ли он ей в глаза. Зрение до ужаса подводит в столь нужную минуту. Она опускает глаза на его плечо, на разодранную ткань рубахи, перепачканную кровью и ещё чем-то… У Гермионы крошится где-то внутри. Корсет рёбер ли или же высохшее от отлившей крови сердце. Она смотрит не на кровь на плече. Она смотрит расплывчато на вытянутую голову вытатуированного дракона.

Гермиона шла следом за мужчиной, глядя по сторонам на стены. Сегодня они узнали ещё одну тайну. Позорную и отвратительную, которую она пообещала себе забыть — но прежде сделать в голове пометку: «Никогда не помогать Малфою…»

Гермиона втянула ртом воздух и открыла крышку унитаза, кашляя. Розовые лепестки усеяли белый ободок, и, если бы не приступ боли в грудной клетке, она наверняка бы в очередной раз поразилась. Нежно-розовый цвет, серьёзно? Он в последнюю очередь ассоциировался у неё с ним. Ей казалось, что она должна откашливать что-то вроде генлисеи — это бы идеально ему подошло. Никакой нежности.

— Это была моя любимая сказка. Но потом я выросла и поняла, что это...так глупо. Она всё время бежала за ним босиком, когда он даже не подумал о ней, уйдя со Снежной Королевой. Он все эти годы о ней даже не вспоминал. И я не хочу быть глупой, как она. Я устала бежать за Каем. Я устала, — Гермиона ощутила, как тёплая слеза скатилась в угол её губы, и он проследил за ней холодным взглядом. Так он смотрит на соперников перед игрой в квиддич. Безразлично. Бездушно. Чёрство. — Пусть спасает себя сам.