— Опа… а ты чего тут делаешь? — под столом, прямо между его ног, красовалось лицо его любимого противника, схватки с которым всегда будоражили кровь. Голубоглазый был настолько пьян, что едва понимал, где находится и что делает. В какой момент вечеринка перемирия «Уборщиков» и «Райдеров» превратилась в это?

Во всём происходящем не было ни крупицы достоинства. Ни в том, как их зубы сталкивались, когда поцелуй углублялся; язык находил язык, а из уголка рта стекала слюна. Ни в том, как блуждающие пальцы уже начали расстёгивать его рубашку, и части одежды бесшумно падали на пол. Ни в том, как он глухо стонал, вжимаясь в колено, зажатое между его ног, всё сильнее притягивая руку за головой другого. И уж точно не было ничего достойного в том, что этим «другим» был Джаббер Вонгар.

Все должно было закончиться именно так. Только так и никак иначе. Занка знал это с самого начала, они оба знали. Было ли высокомерием думать, что он может остановить судьбу? А желание попробовать несмотря ни на что – любовь?

После драки с Джаббером Занка оказался в больнице. Джаббер решил навестить его.

— Я не хочу кончать быстро, — под действием накрывающего кайфа Джаббер чуть смягчается, что заставляет Нидзик ухмыльнуться с его членом во рту и бросить взгляд вверх, мол, «я достаточно хорош для тебя?».